— Только он отказался от ребенка… ууууу! Сказал, что он не его, не может быть его! Представляете? Евгений Витальевич! Не увольняйте меня! Куда же я пойду? Мне еще ребенка поднимать.

Он хватается за виски и трет их. Бедный. Приехал в офис, а тут я со своими проблемами. Нужно срочно брать себя в руки.

— Саша, у меня ощущение, что вы надо мной издеваетесь.

— Нет, босс! То есть шеф… тьфу! Евгений Витальевич, простите, что выплеснула на вас все это. Просто разговор с Игорем состоялся всего пятнадцать минут назад. Вы попали в самый сложный миг. Разрешите, я пойду умоюсь и вернусь.

— Нет уж, успокаивайтесь тут. Чтоб я вас видел. Мне еще перед Вячеславом за вас отчитываться.

Ах вот оно в чем дело! Отец! Как же я сразу не догадалась, откуда этот строгий тон. Он считает себя ответственным за меня. А я уж губу раскатала. Все банально до жути.

— Так вы меня не уволите? — решаю воспользоваться моментом, пока он играет роль друга семьи.

— Я подумаю. Вы меня несколько выбили из колеи, Александра. Это еще нужно осознать.

Он прав. Я и сама не до конца верю, что происходящее не сон.

— Можно я все-таки умоюсь? Я ничего не сделаю, обещаю.

Спасибо, отпускает. Вхожу в ванную и с ужасом смотрю на чумазое отражение в зеркале. Жуть какая. И с чего бы устроила истерику? Наверное, просто все разом навалилось. А сейчас вот отходняк — полная апатия. Даже не радует возвращение шефа из Америки. Надо бы хоть поинтересоваться его делами. Но мне сейчас все фиолетово. А еще тошнит… буэ… Я едва успеваю обнять унитаз…

Лишь бы босс не вошел, я же дверь не закрыла. Ну вот! Что за невезение? Евгений Витальевич, шли бы вы… буэ…

Ожидаю, что он как-нибудь по-быстрому уйдет, услышав неприятные звуки, но вдруг чувствую, мужские руки, бережно убирающие с лица свесившиеся волосы и заплетающие их в некое подобие косы.

Вот уже неожиданное открытие. Шоргин и косы, в моем представлении, понятия несовместимые.

Боже, как стыдно. Я медленно поднимаюсь, и он снова помогает — придерживает за плечи. Подводит к раковине и смачивает прохладной водой мягкое полотенце. Заботливо протирает им лицо и шею

— Легче? — интересуется, сверля меня темным взглядом.

— Немного… спасибо… — Почему мне так неловко? Словно виновата перед ним в чем-то.

Да, это не совсем уместно на рабочем месте, но… не в моей власти остановить тошноту. И все равно хочется сбежать, спрятаться от этих пронизывающих насквозь глаз.

— Евгений Витальевич, оставьте меня одну, мне бы привести себя в порядок.

На его лице сомнения, стоит ли. Но все же кивает и выходит.

Умываюсь, убираю остатки туши, оставаясь совсем без макияжа, что не очень хорошо, ведь шеф вернулся и нас, по всей видимости, ждет паломничество других сотрудников компании.