И все время приходила к выводу, что она перевернулась именно в этот момент.

Все хорошо. Хорошо — повторяю себе, принимая заказ иностранцев. Выхожу из випки и чувствую, как учащается пульс. Забиваю заказ трясущимися пальцами и никак не могу справиться с собой — волнуюсь так, словно от этих людей зависит моя жизнь.

Пока жду, когда бармен откроет вино, думаю кто ОН? С какой страны, зачем приехал к нам? Не похожи они на простых туристов. Возвращаюсь с вином и чувствую, как подкашиваются ноги. Пытаюсь сосредотoчиться, поэтому не поднимаю головы, иначе вновь зависну на мужчине. Мне вдруг становится не по себе, по телу волной пробегают мурашки, лицо начинает гореть. Вино… С какой руки наливать? Теряюсь, забывая все, чему меня учили.

— Оставьте бутылку на столе…

Голос! У него нереальный голос! Низкий, немного грубый и одновременно бархатный, вибрирующий. А акцент вообще придает ему загадку. Киваю, оставляю бутылку на столе и буквально убегаю из комнаты. Прислоняюсь к двери и стараюсь унять непонятное волнение. Прислушиваюсь к разговору за дверью, пытаясь понять, на каком языке они разговаривают, но ничего не разобрать. Иду за салатом из морепродуктов для женщины и стейком с овощами для мужчины, но меня останавливает Жанна.

— Все, обслуживай малый зал! Дальше я сама, — она забирает у меня разнос.

— Я что-то не так сделала? — растерянно спрашиваю, разочаровываясь в себе.

— Все так. Просто выяснилось, что там непростые клиенты. Они җдут владельца нашего ресторана, и я не могу позволить тебе их обслуживать.

Выдыхаю, поскольку испытываю облегчение, но становится грустно от того, что я больше не увижу иностранца. Не проходит и пяти минут, как

меня вновь находит Жанна и вручает мне стакан воды с мятой и лаймом.

— Уж не знаю, что они в тебе нашли, но хотят, чтобы их обслуживала ты, — недовольно выдает Жанна, а я не знаю хорошо это или плохо. Киваю ей и забираю стакан.

— Вода для мужчины, — уточняет она.

Вновь вхожу в комнату, где уже сидит наш владелец, который что-то обсуждает c мужчиной, а женщина раскладывает на столе какие-то бумаги. Стараюсь быть незаметной и постоянно смотрю под ноги — боюсь посмотреть иностранцу в глаза. Есть в его взгляде что-то притягательное и одновpеменно пугающее, словно смотришь в глаза красивому грациозному хищнику. Он красив, он завораживает, нo не стоит подходить близко и протягивать руки, иначе сожрет и не подавится. Наш владелец пьет виски, постоянно чокаясь с җенщиной, которая почти приговорила бутылку вина, но выглядит абсолютно трезвой. А вот мужчина не пьет алкоголь. В конце ужина я подаю всем кофе и приношу счет.

— Платить не нужно! Все за счет заведения, — с улыбкой произносит наш владелец и переводит на меня уничтожающий взгляд, словно я виновна.