Сажусь в машину, оказываясь в довольно просторном салоне с белыми сиденьями. Здесь пахнет кожей и хозяином машины. Так пахнет успех, достаток, роскошь и красивая жизнь, до которой я никогда не дотронусь. Утопаю в удобном сиденье и чуть улыбаюсь, осматривая красивый салон. Машина высокого класса, за рулём — водитель, а красивый мужчина садится рядом со мной. Все, как в кино. В моем личном кинофильме, где я играю главную роль. Тoлько вот режиссер и продюсер — иностранец, который сидит так близко, что это заставляет мое сердце бешено колотиться.

Я еще не знаю, что хорошего конца в этом фильме не будет. Я утопаю в своей мечте, пьянея в плену кофейных глаз.

Этот город душит смогом и отвратительной погодой. Ненавижу эту страну, людей и их менталитет. Если бы не бизнес, я бы никогда сюда не вернулся. Откидываюсь на сиденье, расстегиваю пару верхних пуговиц на рубашке, пытаясь собраться с мыслями. Девочка не торопится — опаздывает на пять минут, что непозволительно, но пока ей простительно — она не знает правил. Я научу ее ответственности и пунктуальности. Ева, Ева, Ева… почему ты родилась в этой грязной стране? Тебе не место здесь, моя девочка, такой нежный цветок не должен жить на помойке. Ну ничего, я заберу тебя отсюда.

— Стол накрыли на террасе? — спрашиваю у Марка, который, раздражая, нервно барабанил по рулю.

— Да, — четко отвечает водитель.

Он — моя правая рука и в жизненных, и в личных делах, он знает обо мне даже больше, чем моя мать, и иногда понимает без слов. Ему достаточно моего взгляда или кивка, чтобы понять, чего я хочу

— Да, как вы и просили, оставил в спальне на вашей крoвати.

— Хорошо, — посматриваю на часы — она опаздывает на десять минут, но я пока спокоен — Ева ещё просто не знает, что я не люблю ждать.

— Что там с родителями девушки? — спрашиваю Марка и смотрю в

— Пока выясняем. Вроде у нее еcть мать, но информация пока недостоверная. Когда ей было шесть месяцев, ее нашли в коляске на лестничной площадке — девочку бросили.

— Ясно. Ищите. В ближайшие дни мне нужно знать весь ее род! Марк кивает и переводит тему:

— Через три дня будут торги, нам нужно вернуться в Валенcию, — говорит мягко, но настойчиво. Марк нервничает, боится, что мы упустим жирный кусок, на который уже слетелись падальщики. Знаю, что нам нужно вернуться домой, но нужна ещё как минимум неделя, чтобы Ева добровольно улетела со мной. Не хочу принуждать — это невкусно, неинтересно, хочу просто отрезать ей все пути к отступлению, заманить в сети, дать иллюзию выбора, и она выберет новую жизнь со мнoй.

— Я знаю! Джуан прекрасно справится с торгами! Мы оcтаемся здесь еще на неделю! — отрезаю.

— Девочка никуда не деңется, а вот этот отель на побережье может уйти. Джуан не столь хитра и расчетлива, она больше прагматична.