Но ты со мной обязательно свяжись! Насчет трансвестита. Завтра крайний срок!

– Конечно, Стелла! Обещаю. Делаю все что могу.

– Ну и ладненько. Буон аппетито!

Стелла возвращается к планшету, ее столик вскоре ломится от еды, которую Стелла принимается жадно поедать. Не то что герои шоу – их рассаживают вокруг непомерно большого кофейного стола, уставленного десертами, которые им запрещено даже трогать.

– От Кэрол нет вестей?

Джулио временно избавляет меня от необходимости отвечать, поставив перед нами джин с тоником. Вопросительно смотрит, мотнув головой в сторону Стеллы.

Джулио понимающе подмигивает, дает знак официанту налить мне полный стакан за счет заведения и удаляется на кухню.

Я смотрю на часы, потом на нашу фотографию со дня рождения – вглядываюсь до рези в глазах – и мысленно уплываю в прошлое.

Торт, правда, не розовый, как на фото в рамке. Шоколадный. И форма более замысловатая. Графство Эссекс. Мой тридцатый день рождения. Тогда мы в последний раз виделись с Кэрол. Неужели столько времени прошло?.. Сэм был совсем малышом, Гарри – младенцем. Мы закатили праздник, несмотря на отсутствие денег. Шарики, растяжки. И конечно, итальянская кухня. Мне, однако, не весело, потому что уже почти полночь, а Кэрол все нет.

Рассеянно слушаю, как Адам пытается меня развеселить. Салли утешает:

– Может быть, съемная машина сломалась? Или самолет задержали?

Я подхожу к двери и поглядываю на дорогу сквозь щель в жалюзи. Голова раскалывается от ресторанного шума. Жалюзи пыльные, и всякий раз, когда я раздвигаю пластинки для лучшего обзора, поднимается пыль, и у меня першит в горле.

– Надо кому-нибудь позвонить! Ее маме? Или в больницу? Она обещала приехать, Адам!

– Знаю, дорогая, но она едет из Франции. Мало ли что…

Салли нарочито бодро объявляет:

– Бет, у нас для тебя сюрприз!

Меня отводят от двери и выносят огромный торт в форме пианино – настоящий шедевр из бисквитного теста и крема. Меня очень трогает забота Салли – я как-то упомянула, что снова хочу брать уроки игры.

Фотографируемся с тортом – я делаю вид, что бью по клавишам, Салли рядом, широко улыбается. Когда фотографию проявили и повесили в рамочку над бабушкиным подержанным пианино, чьи клавиши так и остались пыльными и нетронутыми, я увидела, насколько искусственна наша с Салли радость. Как натянуты улыбки. Как непривычно отмечать нечто важное без Кэрол.

В половине первого я снова дежурю у входной двери и вижу их первая. К ресторану подъезжает блестящий «БМВ» с открытым верхом, аккуратно паркуется – колеса идеально выровнены вплотную к бортику.

За рулем новый мужчина Кэрол – Нед, мы видели его всего пару раз. Высокий и очень улыбчивый. Очевидно, еще и небедный. На мгновение я чувствую прилив радости.