Трещавшую с похмелья голову не повернуть: она была намертво зажата между бедер молоденькой симпатичной мулатки. Тоже абсолютно голой. А в дверь продолжали настойчиво стучать.

— Вставайте, пожалуйста, вы просили разбудить в шесть утра!

Гарик вытащил-таки голову из живых тисков и огляделся в полумраке. На этом огромном сексодроме, оказывается, свободно разместились шесть человек: он, майор и четыре девчушки лет по тринадцать-четырнадцать. И все — в чем мама родила, в разных позах! Вновь послышался стук в дверь. Гарик бесцеремонно дотянулся ногой до Казаряновой задницы.

— Вставай, мафия за саквояжем пришла!

Такой реакции он не ожидал от тучного, в общем-то, тела: майора подбросило на кровати, и он принялся, не открывая глаз, размахивать руками во все стороны, вопя при этом:

— Пошли на хрен, не брал я ваше золото, не брал!

Затем, продрав глаза, мрачно глянул на хохочущего Гарика:

— Приснится же такая гадость: яйца мне отрезала Кристина — ну, жена этого Крутого Босса! Да еще таким тупым тесаком, бр-р-р! — он передернулся и, как был голый, так и пошел открывать.

— Ну, чего вопишь, осел?

На пороге стоял хозяин борделя, последнего вчера на их пути, из которого самостоятельно выбраться они уже не сумели.

— Вы же сами приказали…

— Помню! — кратко прервал его майор. — Холодного айрана — живо!

Хозяин исчез и вскоре появился вновь, держа в руках запотевшую эмалированную кастрюльку. Казарян прямо через край напился из нее и передал Гарику.

— На, опохмелись! Пей, не бойся, проверено практикой!

Тот хватанул через край ледяного овечьего молока и ахнул, перекосившись: рот свело невыносимой кислятиной. Однако желудок принял ее с превеликим удовольствием, и Гарик приложился еще, еще… Из тела уходила вялость, похмельный синдром постепенно улетучивался, и, вдобавок, исчезла головная боль. Организм приходил в нормальное рабочее состояние.

— Вот так-то! — хлопнул его по плечу майор, — Теперь можно и в путь-дорожку! Что с собой берем?

— Взрывчатку, лопаты и… никого из людей!..

УАЗ свернул с трассы под Аштараком и легко пошел по грунтовой дороге, которая в конце концов закончилась лесной зарослью.

— Дальше пойдем пешком!

Гарик ломанулся через кусты и вскоре вывел майора на зеленую лужайку с горной речушкой и маленьким водопадом. Все осталось нетронутым, даже шалаш был на месте.

Гарик, бросив вещмешок на землю, подбежал к водопаду.

— Здесь! — он указывал на небольшой котлованчик под ним, в который с шумом падала вода. В ней то и дело мелькали серебристые верткие тела — резвились хариусы.

Майор постоял немного, задрав голову, затем подхватил с земли принесенный с собой ломик и начал карабкаться вверх.