Поэтому, не имея других вариантов, выбираю его.

— И всё? — парень, который всё это время был увлечен моими волосами, мрачнеет. — Ты смеешься, что ли?

Не дождавшись ответа, он отмечает несколько блюд, оформляет заказ и откидывает телефон в сторону, снова переключая всё внимание на меня.

Утыкается лицом в основание моей шеи и глубоко вдыхает. А я не могу отпустить мысль, которая навязчиво стучит в голове.

— Какую работу ты делаешь для Макара? — решаюсь спросить.

И чувствую, как парень напрягается.

— Тебе не надо вникать в это.

— Но я хочу, — разворачиваюсь, глядя ему в лицо.

— Что это за деятельность, благодаря которой ты соришь деньгами, даже не считая их?

— Какая разница, как мне достаются бабки? Главное — они есть, и я смогу обеспечить тебя всем необходимым.

— Твои материальные возможности волнуют меня меньше всего, — тычу ему пальцем в грудь. — Способ заработка — вот что важно. Если не скажешь, я решу, что ты убиваешь людей или распространяешь наркотики…

— Серьёзно? — Высоцкий вздергивает бровь.

— Похоже, что я шучу? — выбираюсь из его объятий и делаю шаг назад.

— Похоже на вынос мозга, — он дёргает меня обратно к себе и чеканит: — Нам лучше договориться на берегу, Лисён.

Я не буду отчитываться за дела, которые веду с Макаром. Это единственное условие. В остальном я полностью открыт для тебя. Любая тема, кроме этой.

Хмуро выслушиваю его, и меня разбирает злость.

Высоцкий не доверяет мне — такой вывод.

Ну и пожалуйста! Пускай делает, что хочет!

— Я обязательно обдумаю твоё условие, — стараюсь не показывать обиду. — А сейчас мне пора домой.

Игнорирую недовольное выражение лица парня, достаю телефон из кармана джинсов, чтобы позвонить в такси. Набираю номер, но не успеваю ничего сказать.

Максим выхватывает мобильник из моих рук и сбрасывает вызов.

— Я тебя сам отвезу.

Сам так сам. Не спорю.

И всю дорогу до моего дома мы молчим, как будто поссорились.

Неправильно всё это. Не хочу, чтобы так было.

— Ты куда сейчас? — зачем-то спрашиваю, выходя из машины.

— Не знаю, — скучающе жмёт он плечами. — Убью кого-нибудь или сделаю закладку.

Он шутит над моими недавними словами, а мне нисколько не смешно. Поэтому, хлопнув дверью, я ухожу домой, не оборачиваясь.

Мне обидно от того, что боец считает нормальным скрывать от меня важную часть своей жизни.

Как я могу доверять ему, не зная, чем он занимается? Не представляю, как принять условие, которое выдвинул парень.

С такими мыслями я провожу вечер и ночь, а на следующий день внезапно приходит понимание, что я могу навсегда потерять Высоцкого. Вот так просто. Раз — и нет его больше.

Когда осознаю это, все обиды резко отходят на второй план. Мозг начинает работать совсем в другую сторону. И первое, что хочется сделать, — это увидеть парня.

Я ведь тоже была неправа.