Но на интуитивном уровне я чувствую его напряжение.

От той легкости, которая была между нами, когда мы только приехали, не осталось и следа.

— Почему он до сих пор считает меня твоей невестой? — спрашиваю возле машины. — Ты не рассказал, как всё было?

— А вдруг слухи дойдут до моего отца? Как мне это объяснить?

— Никак не объясняй, — звучит равнодушный голос. — Тебе восемнадцать, и ты имеешь право делать всё, что хочешь.

— Такой ответ вряд ли устроит папу, — раздражаюсь. — Особенно если учесть, что он в принципе против нашего с тобой общения!

— Как же я забыл, — кривит губы Высоцкий. — Палыч хочет видеть рядом с тобой интеллигента вроде Митронина. А я отброс общества. Уголовник, гопарь, — потемневший взгляд бойца впивается в меня. — Так?

— Вовсе нет, — выдыхаю, растерявшись.

— Ты же честная девочка, Лисён, — Максим медленно наступает, припирая меня к кузову машины. — Вот и давай сюда свою честность. Я на правду не обижаюсь.

Не знаю, как реагировать. Какая муха его укусила?

Я возмущена уничижающими характеристиками, которые дал себе боец, и отказываюсь с ними соглашаться. Но объяснить мысли словами не получается— голосовые связки будто онемели.

Высоцкий напряжённо ждёт ответа, нависая надо мной грозной горой. И я решаюсь на то, что в этот момент кажется самым правильным и честным — встаю на цыпочки и, взяв хмурое лицо в ладони, целую плотно сжатые губы.

Смущаюсь от собственной смелости, зажмуриваю глаза и морально готовлюсь к тому, что раздраженный парень оттолкнёт меня.

Но вместо этого Максим резко кладёт ладонь на мой затылок и буквально впечатывает меня в своё тело, отвечая на поцелуй.

Ненасытно. Жадно. Глубоко.

Всё вокруг меркнет. Теряется в вихре эмоций, обрушившихся на меня безумным ураганом, сбивающим с ног.

Энергетика Максима настолько бешеная и мощная, что у меня кружится голова, тело становится невесомым, как и мысли, которые ускользают, словно туман сквозь пальцы. Пытаюсь ухватиться за реальность, но тщетно.

Я ничего не решаю. Всё в руках Высоцкого. Он доминирует, вынуждая всецело довериться ему и раствориться в настойчивом поцелуе.

Цепляюсь за толстовку парня, чувствую, как под ладонью бьется его сердце.

Тугие удары. Мощные.

Моё сердце трепещет в ответ частым ритмом, стремится навстречу, норовя выскочить из груди.

Понимаю на ментальном уровне, что в душе Максима бушует буря. Она разрушительна и опасна для нас обоих, но я не боюсь. Лишь хочу успокоить парня. Приласкать.

Мне хочется окутать бойца нежностью. Кажется, он больше всего нуждается именно в этом. Или я просто схожу с ума под действием разыгравшихся гормонов?

Обнимаю крепкую шею, поглаживаю колючий ёршик на затылке. Отвечаю на жёсткий поцелуй с нежностью и трепетом.