Пауль прекрати! — Я лежала на диване в гостиной «своей» квартиры и не могла остановиться, от смеха уже живот начал болеть. Пауль вызвался устроить моим отекшим ногам массаж, но делал это так, что я не могла унять приступ щекотки. Вообще не расслабляло.

— Эй, прекращай малая. Моими руками можно огромное состояние сколотить. Сам не понимаю почему до сих пор торгую своим телом. — Он игриво поиграл бровями и принялся разминать мои лодыжки. И это реально расслабляло.

— Ну, если только ты будешь ковыряться между ног у престарелых женщин. Только так можно сколотить состояние в твоем случае. — Он на секунду замер, я уже подумала, что парень обиделся, но тут он начал щекотать меня. — Прекрати, — сквозь слезы просила его.

— Только ради бруснички. Иначе тебе давно бы уже пришел конец. — Он завалился рядом и обнял меня, притянув к себе. — Как ты сегодня, малая? Как чувствуют себя мои девчонки? — в этом был весь Пауль. Он искренне переживал о нас и помогал. Проводил со мной практически все свое свободное время, и от этого было часто не по себе. Но я эгоистка и делить его буду лишь с той, кого Пауль будет любить всем сердцем и главное, чтобы его избранница любила его в ответ. Год назад он расстался с девчонкой, которая изменила ему с его братом. Он одним ударом лишился сразу двух близких людей. Поэтому теперь при слове отношения его начинает воротить. И это не шутка.

— Ну, она изрядно двигает все мои органы. Принцессе тесно. — Он положил руку на мой уже изрядно выпирающий живот, я накрыла ее своей. — И токсикоз просто убивает меня. Я каждое утро, проклиная тот день, когда позволила ему… — договорить не успеваю, Пауль резко закрывает мне рот своей огромной ладонью.

— Не говори того, чего даже в виду не имеешь или того, о чем можно пожалеть. — Он смотрит прямо в мои глаза, мы очень близко друг к другу и, увидев нас со стороны, можно подумать, что между нами, что-то есть. Но это не так. С самого начала нашего знакомства я поняла, что этот парень моя родная душа. Может мы нашлись на фоне того, что у каждого из нас тогда была своя драма, но сразу поняли, что это скорее связь брата и сестры, нежели интимная. Было даже, что поцеловались, но это оказалось омерзительно. Он сказал, что чувство, что маму поцеловал, будто просто кого-то родного и все. Никакого притяжения. У меня тоже ничего не екнуло. Да и не могла, я до сих пор по ночам вижу парня, которого видеть не желаю. И понимаю, что как бы ни обманывала себя, люблю его по-прежнему.

— Ой, прекращай. Это просто минуты слабости. И не смотри так на меня. Не ты ходишь с животом и вечной рвотой. Это ужасно. Это уже не говоря о болях в спине, а ведь это только начало.

— Ничего, потом будем смеяться над всем этим. Стоит только увидеть брусничку. Я вот ее еще не видел, но люблю уже до потери пульса.