— Хватит раздавать мне советы! Я сам решу, кого, как и когда иметь, ясно? А тебе стоит прикрыть свой рот и успокоиться. И нет, милая, я никуда не уйду, пока мы не решим, как быть дальше.

— Развод! Здесь нечего решать. Завтра же подам на развод. Сразу в суд…

— И расскажешь об этом девочкам? — вкрадчиво интересуется муж.

Но эта вкрадчивость и мягкость — обманчивые.

Он в бешенстве!

— Обязательно. Дочери должны знать правду о папочке.

— Испортишь дочери свадьбу, а вторую расстроишь правдой так, что она завалит ЕГЭ и поступление в вуз? Тебе так не терпится расписать. какой я кобель и мудак? Так не терпится, что ты готова пожертвовать будущим наших дочерей? Правдолюбка ты наша! — рявкает. — Села и успокоилась… А еще… Еще бардак прибери. И учти… Из квартиры мы не выйдем, пока не придем к решению.

Глава 4. Она

— Прибери бардак?

Приказы мужа впиваются в сердце отравленными булавками.

— Да. Прибери! — нагнетает он голосом.

Владислав — не тот мальчишка, которым был раньше. Он всегда был напористым, с амбициями, жаждущим. Но в нем давно нет ни пыла юнца, ни его легкости. Они уступили место мрачной решимости и умению принимать важные и безумно сложные решения. Владислав стал тем, кто может отсечь гниющую конечность без долгих раздумий, если это сохранит все остальное.

Я им гордилась. Была как за каменной стеной и, признаться, ни в чем не нуждалась!

Ни я, ни наши девочки, так обожаемые им…"

"На свадьбу Вари муж не поскупился, устраивает все с размахом. Лучшее свадебное платье, аксессуары на заказ, шикарный ресторан, лучше флористы в городе... Перечислять можно долго-долго.

У нас с ним не было пышной свадьбы. О нет… Мы были студентами. Он — постарше. И на следующий день после свадьбы мы справили новоселье.

Влад торжественно перевез мои вещи к себе в общежитие и пообещал:

— Однажды ты проснешься и никогда не вспомнишь эти убогие стены. У тебя будет все, что ты захочешь.

Он оказался прав.

У меня есть все, что я хотела.

Во многом прав, за исключением одного — те самые убогие, обшарпанные, в пятнах плесени стены я помню до сих пор. Иногда они мне даже снятся — наш первый год совместной жизни…

Теперь у меня есть все и… нет ничего.

Какая разница, какой роскошный под твоей задницей трон, если тебя с минуты на минуту с него выкинут?

А меня… уже… Выгнали. Выперли с треском!

На пьедестале желаний и мыслей мужа — моя сестра!

Кошмар.

Я не понимаю. Нет.

Не понимаю и отказываюсь понимать: как же так?!

Если бы Влад завел интрижку с молоденькой, фигуристой шлюшкой, это было бы настолько типично и пошло, что вряд ли бы кто-то даже обратил на это внимание.

Ни его интрижка с молоденькой девушкой, ни мои слезы по этому поводу не стали бы сенсацией.

Не я первая, не я последняя.

Когда мужчины переступают порог сорока, у них начинается кризис.