– Я пошел вам навстречу, назвал всех взяточников, среди них есть очень именитые! Но никто их трогать не собирается, насколько я понял?! – усмехнулся Георгий Константинович. – И со Старшиновым меня не сведут, тоже знаю! Так ради чего все, объясните? – Беркутов в упор смотрел на полковника, но Скачко молчал.

Скачко вошел в кабинет Култакова. Внес первые тома уголовного дела по Беркутову, выложил их на стол перед генералом.

– Я принес первые тома уголовного дела по Беркутову! – доложил полковник.

Скачко сел напротив генерала. Перед Култаковым стоял стакан с недопитым коньяком. Рядом – бутылка.

– Дело Беркутова закончено, его можно передавать в суд, но у меня есть ряд серьезных вопросов, – словно не замечая коньяк на столе, неуверенно проговорил Скачко. – Список крупных взяточников, объявленных Беркутовым и занимающих крупные государственные посты, больше сорока человек. Что с ними будем делать?

Култаков поднял руку, прося Скачко замолчать. Тот умолк. В глазах генерала стояли слезы. Он взял чистый стакан, плеснул в него коньяку, пододвинул Скачко.

– Юрий Владимирович Андропов… умер.

Голос его задрожал. Генерал взял свой стакан, поднялся, выдержал паузу и выпил. Следом за ним поднялся и Скачко, тоже выпил.

– Садись, сегодня день траура! Забудь обо всем. Завтра будем решать. Да сядь ты, кому говорю!

Полковник повиновался.

Беркутов произносил свое последнее слово. Зал суда был заполнен на две трети, но по большей части работниками КБГ. Вся группа Скачко присутствовала в полном составе.

– Вначале я пытался работать честно, но потом убедился, что надо или давать взятки, или уходить с должности… Понимая всю тяжесть совершенного мной преступления, я сам уже давно осудил себя самым строгим судом. Я не боюсь смерти, страшно за близких, которые не переживут такой позорной и бессмысленной кончины. Сейчас я тяжело болен, моя семья, моя дочь, студентка с малолетним ребенком на руках, осталась без мужа и отца. Неужели есть такая необходимость – лишать человека жизни за совершенные им действия?!

Он на мгновение умолк, взглянул на председателя Верховного суда РСФСР и вдруг узнал его.

Люся влюбленно смотрела на директора, но тут в приемную вошел Салтыков в строгом костюме. Он увидел Беркутова, кивнул, радостно заулыбался, протянул директору руку, крепко пожал ее.

– Петр Салтыков, судья Верховного суда России! Я звонил вам вчера по поводу заказика! Сын женится, так сказать, важное событие. Надо не только крепко выпить, но и хорошо закусить, – подобострастно проговорил он.

– Помню-помню! Организуем, поможем. Прошу в кабинет, товарищ судья, – любезно пригласил Беркутов.

Они прошли в кабинет. Люся с улыбкой посмотрела им вслед.