На работу я возвращался, чувствуя себя гораздо лучше. Необдуманно поспешил? Ну что поделаешь — Дончевич получил по заслугам. А теперь, когда Дебора поправляется, без вмешательства отдела внутренних расследований и журналистов жизнь действительно будет налаживаться, войдет в привычную колею, и волноваться больше не о чем.

Как приятно, как чудесно возвращался я с обеда на работу… Приподнятое настроение было у меня ровно до того момента, пока я не вошел в здание и не поднялся к себе, где и встретил поджидавшего детектива Коултера.

— Морган, — сказал он. — Сядь-ка.

Какой молодец, предложил мне присесть на собственный стул!.

. Я уселся. Коултер смерил меня долгим-долгим взглядом, пожевал губами зубочистку. Малосимпатичный персонаж с телом как груша, а сейчас, с зубочисткой в углу рта, еще противнее, чем обычно. Умостил свой жирный зад на стул для посетителей у моего стола и теребит бутылку с лимонадом; вон уже весь облился, и несвежая рубашка в пятнах. Его вид, в сочетании с манерой таращиться и молчать, как будто вынуждая удариться в рыдания и в чем-нибудь признаться, ужасно меня бесил. «Бесил» — это еще мягко сказано. Поэтому я подавил порыв расплакаться, достал из ящика стола недавний отчет из лаборатории и стал читать.

Через некоторое время Коултер покашлял.

— Ладно, — сказал он. — Нам про рапорт твой надо поговорить.

— Какой из?.. — уточнил я, оторвавшись от отчета.

— Когда твою сестру пырнули. Кое-что не складывается.

— Давай поговорим, — кивнул я.

Коултер снова откашлялся.

— Э-э… ну… давай сначала расскажи, что ты видел.

— Я сидел в машине, — начал я.

— Ну, может, футов пятьдесят.

— Угу… А почему ты с ней не пошел?

— Что ж… — протянул я, хотя его все это вовсе не касалось.

 — Мне показалось, незачем.

Он еще некоторое время разглядывал меня, потом покачал головой.

— Может быть, ты не дал бы ему за нож схватиться…

— Может быть, — согласился я.

— Ты ведь был у нее за партнера! — Коултера, как видно, до сих пор терзала мысль о священных узах партнерства, так что я прикусил губу и сдержался, несмотря на сильное желание кое-что ему сказать. Через пару секунд он продолжил: — Значит, дверь открылась и… Дончевич ткнул ее ножом?

— Дверь открылась, и Дебора достала свой значок, — поправил я.

— С такого расстояния?

— У меня хорошее зрение, — пояснил я. Неужели все меня будут сегодня бесить?

— Ладно. А потом что?

— Потом… — сказал я, воспроизводя момент в памяти с ужасающей ясностью, как в замедленной съемке, — Дебора упала. Попыталась подняться, но не смогла. Я побежал на помощь.

— И этот хмырь все время был там?

— Нет. Он скрылся в доме, а потом снова вышел, когда я подбежал к Деборе.

— Угу… — пробормотал Коултер. — Сколько времени его не было?

— Секунд десять максимум, — прикинул я.