Должно быть, у меня крайне располагающая физиономия, выдающая недюжинную серьезность, — человеку несерьезному не предложат с ходу убить за приличные деньги наследного принца Франции и попутно еще одну особу королевской крови… Правда ведь?

— Эти Нидерланды меня форменным образом угнетают, — сказал д'Артаньян тоскливо. — Как они только тут живут?

— Интересно, что вам тут не нравится? — спросила Анна.

— Эти чертовы равнины, — сказал д'Артаньян. — Одни равнины, вся страна — как доска. Некоторые, знаете ли, уверяют, что земля имеет форму шара… Их бы сюда послать, пусть поездят из конца в конец, сами убедятся, что земля плоская…

— А известно ли вам, что даже его святейшество в Риме признает землю шарообразной?

— А вам не приходило в голову, что до того, как состоялись эти славные битвы, все местечки, которые вы перечислили, были столь же захолустными и совершенно неизвестными, как это ваше Ватерлоо?

— Совершенно об этом не задумывался, — признался д'Артаньян потрясенно. — Анна, я восхищен вашим умом…

— Вы опять? Ну-ка, повторите обещание. Чего вы не должны делать, чтобы не рассердить меня?

— Отпускать комплименты, — насупившись, добросовестно повторил д'Артаньян. — Восхищаться вами или какими-либо качествами, вам присущими, а также признаваться в любви… Послушайте, запретите мне еще дышать! Это будет так же невыполнимо, как… Ну что мне прикажете с собой поделать?

— Почаще вспоминать, что мы едем с серьезнейшей и тайной миссией. Ну какие тут могут быть ухаживания?

«Понятно, — подумал д'Артаньян тоскливо. — Чего уж тут непонятного? Знать бы только, кто он, счастливый соперник, уж я бы нашел возможность пригласить его прогуляться за Люксембургским дворцом или в другом подобном месте…»

— Ну хорошо, — сказал он послушно. — А вопросы задавать мне не запрещено?

— Пожалуйста. Если только они не касаются моих сердечных дел или секретов кардинала.

— А если я спрошу, как вышло, что вы оказались на кардинальской службе? Это тоже секрет?

— Нет. Это просто одна из тем, на которую я не склонна говорить попусту… Ну вот, вы опять надулись! Можете вы относиться ко мне не как к женщине, а как к другу и спутнику в важной миссии?

— Не могу, — честно признался д'Артаньян. — Не получается, и все тут. Я так долго мечтал встретиться с вами вновь, ждал этой встречи…

Анна послала ему из-под широких полей шляпы крайне лукавый взгляд:

— Надо сказать, вы очень энергично ждали…

— Ну вот, вы опять! Вам, похоже, просто нравится меня дразнить…

— Я же все-таки женщина, — сказала она ангельским голосом. — Что делать, если вы так забавно дуетесь…

— Ну конечно, — обиженно сказал д'Артаньян.