Крови немного, да и голова, кажется, не задета, а вот ухо, зараза, болит…

— Точно? — не отстаёт приятель, — А то плохо на улице станет…

— Да точно, точно! — трачу несколько минут на уверения в том, что провожать меня не надо.

В метро ребята понижают голос, но эмоций по-прежнему — через край! Они отбились от гопников и каждый видел себя героем, и ох, какая славная была битва…

Я же, получив футляром от флейты по уху при широком Санькином замахе, а пару мгновений спустя, попав уже не под «дружеский огонь», а под неумелые колотушки агрессоров, считаю совершенно иначе! И это, хм… мнение профессионала, а никак не дилетанта.

В глазах ребят это был эпический махач с опасными хищниками городских подворотен и они, локтевцы, героически отбились от превосходящих сил противника, обратив того в позорное бегство!

На деле же, эти шакалы наскочили на нас с тявканьем, готовые при малейшем отпоре дать заднюю, обещая непременно «встретить» и «поговорить» как-нибудь потом. Обычная мелкая сволота, вступившая в пору полового созревания, и пытающаяся самоутвердиться, «блякая» через слово, сплёвывая через губу (и через раз попадая себе же ботинок) и угрожающе, как им казалось, вытягивая тонкие, давно немытые шеи.

Мне они напомнили не то облезлых шакалов, не то мелких, ощипанных грифов-падальщиков.

С такими, как правило, достаточно уверенного тона, прищура, демонстрации набитых кулаков и собственно готовности пустить эти кулаки в ход. Дальше обычно или пустые обещания «найти», или обмен паролями в стиле «А Сопливого знаешь?»

Но Санька, как оказалось, уже встречался с ними и, перевозбудившись, без лишних слов начал размахивать футляром от флейты.

Справедливости ради, гопнику, которому и предназначался этот молодецкий удар, досталось значительно больше, а меня так… зацепило.

Потом было яростное, но бестолковое размахивание руками, толканье, сопенье, пыхтенье…

… а потом я пришёл в себя и действовал дальше, как тот лесник, только разгонял не всех, а четверых конкретных персонажей, прыщеватых, дрыщеватых и совсем не грозных.

Поскольку один уже к тому времени сидел на жопе, силясь подняться с грязноватого асфальта подворотни, не вполне осознавая реальность, а трое других уже плотно завязли в драке (то бишь сопении, пыхтении и размахивании руками), сделать это было несложно.

Удар ногой по голени одному, кулаком по почкам второму и толчок третьему, споткнувшемуся о своего сидящего на асфальте кореша, и ситуация поменялась кардинальным образом.

Ну а поскольку я при этом не орал и не изображал из себя берсерка под мухоморами, парни, кажется, искренне считают свой вклад в драку вполне равноценным.