– Если вы собрались воспрепятствовать моему поручению, то мне придется вызвать наряд патрульно-постовой службы и доставить Марину Петровну в районный отдел милиции принудительно. Как вы будете объяснять соседям появление дочери в наручниках, я не знаю.

– Почему в наручниках? – не понял он.

– Согласно инструкции о принудительном приводе свидетелей и подозреваемых в органы внутренних дел доставляемое лицо должно быть лишено возможности причинения вреда лицам, осуществляющим доставку. Такова инструкция!

Я мог сочинять все что угодно. Проверить сказанное мной отец Грачевой не мог.

– Тогда ладно, – пробормотал он и удалился в комнату.

Марина улыбкой поблагодарила меня за безобидный повод для вызова в милицию. На этом наши товарищеские отношения закончились.

– Надолго меня забирают? – спросила она. – Мне вообще-то на работу к 9.00.

– В РОВД вы сможете воспользоваться телефоном и предупредить руководство завода о задержке. После проведения необходимых мероприятий вам будет выписана повестка.

– Я позавтракаю. Это быстро.

Грачева ушла на кухню, я остался в прихожей. Из комнаты выглянула девочка лет десяти, хотела пройти в туалет, но постеснялась и вернулась назад.

Я разулся, прошел на кухню, прикрыл за собой дверь.

– Все так плохо? – спросила Грачева. – Меня уже нельзя оставить одну ни на минуту?

– Не хочу нарушать утренний режим вашей семьи. Утром каждая минута дорога, каждая секунда на счету.

Грачева сделала бутерброд с маслом, налила чай. Неспешно, картинно откусила первый кусочек.

«Даже в домашнем халате она безупречно хороша, – отметил я. – Такая кого угодно соблазнит и заставит плясать под свою дудку.

Миледи Винтер ХХ века. Если она так же опасна и решительна, как героиня романа Дюма, то с наскока ее не возьмешь. Сейчас она тянет время, продумывает ответы на вопросы, которые ей могут задать в связи с Мелкумяном и Пуантье. Если это так, то она должна осторожно приступить к расспросам».

– Больше за мной послать некого было? – спросила она.

– Хотела увидеть Матвеева? Руководство сочло, что ваша встреча будет неуместной.

– Так и знала, что ты – мальчик на побегушках! До лейтенанта дослужился, а все еще ни на что не годен, только посыльным быть.

Я не стал поддаваться на провокацию и ничего не ответил. Грачева позавтракала, оставила использованную посуду в раковине, пошла одеваться. Я вернулся в прихожую. Из комнаты донесся встревоженный шепот. Судя по голосам, мать Грачевой пыталась узнать, по какому поводу ее дочь вызывают в милицию, но Марина отвечать отказалась.

– Приеду, все расскажу! – раздраженно ответила она.

В прихожей Грачева остановилась около трюмо, достала помаду, импортную тушь.