– Да, да, конечно! Спасибо огромное!

Через два часа Карина с переноской вошла в кафе и мужчина поднял руку, сразу вскочил и пошел ей навстречу.

– Какая прелесть! Ты не одна! – воскликнул он и протянул руку к переноске.

– Я сама, благодарю, – как можно ласковей ответила девушка.

Нет, отдавать единственное, что у нее осталось, пусть даже на секунду, она не была готова.

Малыш был сыт и вел себя спокойно, что позволило Карине пообщаться с Платоном. Рассказав ему все, что произошло буквально четыре часа назад, она с надеждой посмотрела на него и спросила:

– Неужели у него есть шанс отобрать у меня сына?

– Нет, конечно! Даже не переживай по этому поводу! – смело заявил Платон. – Я буду тебя защищать в суде.

Он просмотрел брачный договор, который супруги Гущины подписали, когда поженились, и еще раз заверил:

– Выиграть это дело – легче простого! Суд ни за что не отдаст ему ребенка. А вот то, что каждый остается при своих сбережениях по контракту - плохо. Но я поборюсь и за это, и за алименты.

Воодушевленная разговором, Карина вернулась в квартиру, уложила спать сына и разобрала два чемодана своих вещей, которые успел собрать Игорь для нее.

Никуда она не поедет! Будет ждать суда, выиграет процесс – и уже тогда соберет в эти чемоданы вещи супруга.

Злость на мужа с каждой секундой увеличивалась в геометрической прогрессии. От любви не осталось и следа, но в голове никак не складывались пазлы. Как можно было так долго и хладнокровно строить планы против нее? Почему она не замечала изменений в муже? А ведь они были, должны были быть!

Гущины прожили в браке шесть лет. Пять из них были потрясающими и по накалу чувств и по душевной вовлеченности.

Если сейчас внимательно рассмотреть их отношения, то, можно заметить одну невесёлую деталь – у них почти не было близости со второго триместра, когда врачи положили Карину на сохранение. Да и потом, когда она родила, Игорь ни разу не прикоснулся к жене. А ведь прошло почти три месяца!

Нет, он обнимал ее, целовал в макушку, но близости у них не было.

Карина вскочила и заметалась по комнате. Ладно, после родов нельзя было месяц, ну, пусть два! Почему же она не забила тревогу, что муж почти полгода не подходит к ней?

Неужели материнство так снесло ей крышу, что она забыла про любимого мужа?

Девушка остановилась напротив зеркала и внимательно посмотрела на свое отражение.

Нет! Она не позволит себе снова стать виноватой! Сколько можно? В этой ситуации точно не ее вина!

Игорь с Ариадной спустились на лифте на подземную парковку.

Водитель сразу же выскочил из внедорожника и поспешил открыть им дверь.

Женщина плюхнулась на заднее сидение и раздраженно бросила сумочку рядом.

– Смотри, какая упертая.