В ответ на этот мой жест его мышцы под плотной тканью брюк напрягаются, становясь каменными. Обвиваю его ногу руками и прислоняюсь щекой к грубой чёрной ткани.

Закрываю глаза, слушаю треск пламени и удары собственного сердца. Проходит секунда, три, пять, прежде чем я чувствую, как мужские пальцы зарываются мне в волосы, пробираются сквозь локоны и мягко поглаживают кожу головы.

Почему он действует на меня так странно? Я вся словно один сплошной оголённый нерв. Готова застонать от разочарования, когда ласка внезапно заканчивается, но не успеваю, потому что Роланд подаётся вперёд, подхватывает меня подмышки и легко, будто куклу, поднимает с пола в кресло, устраивая у себя на коленях.

Оказываюсь сидящей верхом на его бёдрах, ладонями упираюсь в его твёрдую грудь.

Правая ладонь дракона по-хозяйски обхватывает мои ягодицы, вторая покоится на подлокотнике кресла.

Чувствую подушечками пальцев стальные канаты мышц под тонкой тканью белоснежной рубашки.

Рассматриваю густую поросль тёмных волос в вырезе рубашки, поднимаю глаза выше, на обросшие щетиной скулы, хищный нос, чувственные губы. Инстинктивно облизываю свои.

Тут же его большой палец оказывается на моей нижней губе, слегка сминает её, оттягивая. Замечаю, как дёргается кадык Роланда, затем слышу его низкий хриплый голос:

— Я, Бездна знает как напугался, Софи. Сначала решил, что ты сбежала и опять провернула ту хрень с меткой. Но охрану убрали. Убрали профессионально. Как выяснили в полиции, это сделали с помощью артефакта внушения, и вот тогда я понял, что дело дрянь. Никогда прежде я не боялся так, как сейчас, потому что знал наверняка, что вы в опасности. Но… я не чувствовал тебя больше. Ни тогда, ни сейчас.

Опускаю голову, разворачиваю руку запястьем вверх. На нём больше нет метки истинной, лишь шрамы от блокиратора напоминают о том, что когда-то она там была.

— Шэлдон вколол мне что-то, — объясняю тихо. — Он назвал это лекарством от истинности. Хвалился, что первым изобрёл его и мечтал, как славно продаст.

— Эта мразь получит высшую меру, — рычит Роланд. — Его вытолкнут в Бездну.

Ох! Выход в Бездну, к голодным порождениям мрака — такого и врагу не пожелаешь! Хотя после того, что Шэлдон хотел сделать с Ленардом…

— Но если ты не чувствовал меня, то… как нашёл?

Вздрагиваю, когда горячая ладонь Роланда осторожно накрывает моё запястье. Он очерчивает шрамы указательным и средним пальцем, и этот невинный жест кажется намного более интимным, чем самые смелые прикосновения.

— Амара привела, — нехотя отвечает Роланд, продолжая очерчивать подушечками пальцев мои шрамы. Это отвлекает и мешает сосредоточиться на его словах. — Я заметил красную пыль у неё на ботинках. Это показалось мне странным, потому что весь центр столицы устлан брусчаткой.