Я говорила то, что, как мне казалось, он всегда хотел услышать, но отчего-то… Отчего-то с каждым моим словом его лицо становилось все мрачнее и мрачнее, пока, наконец, от него не стали исходить эманации такого гнева, что я ощущала его холодом на собственной коже.

— Сожалеть? Не нужно? — переспросил он, недобро щурясь и приближаясь ко мне со смертельно опасной и завораживающей грацией хищника. — Так не пойдет, Абигайль. За свои поступки нужно нести ответственность.

Гнев опалил ребра, и я чуть ли не завопила внутри.

Ответственность? Ах, ответственность! Снова он об этом пожаре!

— Да! — выкрикнула я, кривя губы. — Это я подожгла северную башню! И что теперь?! Убьешь меня за это?! Так ты решаешь проблемы?! Ты сам во всем виноват!

В его взгляде промелькнули опасные эмоции.

Я не просто играла с огнем, я кидала динамит в чертово пожарище! Я понимала это, но остановиться уже не могла.

— Это ты-то мне будешь говорить про ответственность?! А сам?! Поселил любовницу вместе с женой, относился ко мне, как к куску дерьма, обвинял в том, чего я не делала… Ты худшее, что случалось со мной в жизни! Скажи спасибо, что я спалила лишь ту чертову башню, а не весь замок вместе с тобой!

Келленвайн застыл, вглядываясь в мое лицо. А я скривила губы, сгорая от эмоций.

— Все, что я хотела — это держаться от тебя подальше и никогда больше не видеть твоего лица, а ты лишаешь меня даже этого?! Просто покончим с этим раз и навсегда. Уходи, забудь о моем существовании, и я с удовольствием сделаю тоже самое!

Я ожидала бури в ответ и готовилась дать отпор со всей злостью, что клокотала в каждой клеточке моего тела, но…

— У тебя есть час. Собери свои вещи и приведи нашу дочь. Если через час ты не появишься на берегу, мои воины прирежут каждую ведьму на острове, — хрипло проговорил он, и его серые глаза стали почти черными.

Я даже на миг не сомневалась в том, что это не простая угроза.

Собрать вещи? Привести Лейлу?

— Да, зачем мы тебе в замке?! — закричала я почти на грани отчаяния.

— У тебя есть час, — повторил Келленвайн мрачно и, резко развернувшись, направился к своему драккару.

— Ты безумец! — крикнула я ему вслед.

— Да, — бросил он, не поворачиваясь. — Ты сделала меня таким.

У меня не было слов… Ни единого гребаного слова.

— И что? Ярл был рад услышать твое предложение? — хмыкнул Хельтайн, когда я с мрачным лицом вернулась в пещеру.

— Мы возвращаемся к папе? — почти в тот же момент с надеждой спросила Лейла, поднимая на меня глаза.

— Да, — ответила я и выдавила из себя улыбку для дочери. — Мы возвращаемся, кроха.

— Это дело, — кивнула Бальба, мешая варево в котле. — Не гоже мужу и жене жить порознь.

На это я только закатила глаза.

Какие мы муж и жена?! Лично я никаких клятв не давала, так что все было очень даже прекрасно.