– Что в данном конкретном случае означает «действительный член»? – спросил Степан Яковлевич.

– Это означает: дважды посвященный, – тихо ответил Дембо.

– Подробнее об этом «Центре», – спросив это, Голубовский напрягся. Подполковнику Охранного отделения показалось, что он схватил крупную рыбу за хвост. Такую крупную, каковой еще и не бывало…

– А об этом «Центре» никто ничего толком не знает, – усмехнулся Дембо. – Это же тайная организация.

– Меня не интересует, знает ли об этом «Центре» кто-либо, – жестко произнес подполковник. – Меня интересует, что знаете вы!

– Мало. Очень мало, – ответил Исаак Вульфович. – Мне известно только, что последние террористические акции готовил «Центр». В том числе и неудавшееся покушение на государя императора Александра Александровича.

– А разве это покушение не дело рук «Террористической фракции» Ульянова – Шевырева? – поднял брови подполковник.

– Конечно, это их рук дело, – криво усмехнулся Дембо. – Но они не руководители. Они всего лишь исполнители. Марионетки в руках кукловода, дергающего за нужные веревочки.

– Ясно, – ответил Голубовский после недолгого раздумья. – Вот вы сказали: последние террористические акции готовил «Центр»… – Степан Яковлевич боялся даже смотреть при этом на Дембо, чтобы как-то не спугнуть. – А убийство государя Александра Второго… тоже готовил «Центр»?

– Да, – тихо ответил Исаак Вульфович. Но для Голубовского это «да» прозвучало даже громче, чем выстрел из пушки. Даже если бы она выстрелила у самого его уха…

С минуту они просидели молча.

– Ну что ж. Идемте, – сказал подполковник, очевидно, переварив услышанную информацию и разложив по полочкам у себя в голове.

– Куда? – встрепенулся Дембо.

– В отделение, – просто ответил Степан Яковлевич.

– Напишете собственноручное признание.

– Но зачем?! Я же вам все рассказал! Все, что знал! – отчаянию Исаака Вульфовича не имелось границ.

– Для страховки, – сухо ответил Голубовский, – таков у нас порядок. Слово к делу не пришьешь.

До Охранного отделения, располагающегося в ведении градоначальника, а стало быть, в его управлении на Гороховой, домчались на извозчике. Ванька лихо катил по петербургским улицам, время от времени покрикивая на зазевавшихся пешеходов. Извозчики пешеходов не уважали. Да и за что? Только под ногами мельтешат да мешают продвижению. Есть для них тротуары – вот пусть по ним и ходят.

Дважды перестроенный дом барона Фитингофа, лейб-медика Екатерины Великой, с фасада был четырехэтажным, а со двора – пяти. Кабинет Голубовского был на втором этаже. Туда он и прошел вместе с Исааком Вульфовичем Дембо, новым секретным агентом Охранного отделения, кстати, весьма важным и ценным.