– И мы где-нибудь рядом… Хелен? Дилижансы тут наверняка ходят…

– И что нам с того?

Я молчал. Думал.

Границу, конечно, закрыли. Для простых граждан, что из села в село собрались сходить… народ-то что на этой, что на той стороне – весь родственными узами перевязан.

А дилижансы, что ходят между державным Аквиникумом и османскими Тимишоарой, Крайовой или Софией, вряд ли остановят. Там публика серьезная. Досмотрят, но…

– Нет, не думаю, – сказала Хелен, будто мысли прочла. – Слишком ставки высоки. Я тебя уверяю, Ильмар, все дилижансы сейчас стоят в ближайшем от границы селе.

А если уж и пропускают – то с полным досмотром, даже мышь не спрячется. Ильмар, не надо напрасных надежд.

– Но должен же быть путь? – спросил я.

– Дождаться ночи… – Хелен сама покачала головой. – Ох не знаю… Тех солдат или нашли, или вот-вот заметят. Сразу станут нас искать, прочешут весь район. Даже если не догадаются, кто и куда нас вывез, все равно наткнутся.

– Не в бой же на стражников идти? – воскликнул я. – Тут никакая отвага и сноровка не помогут!

– Не помогут, – согласилась Хелен. – Да и с тем ирландцем не помогли бы. Вот алчность – помогла… Давай не придумывать авантюр, Ильмар.

Будем все же ночи ждать.

Я молчал, не спорил, хотя и понимал – ждать ночи смертельно опасно.

– Интересно, что командиры пограничной страже сказали… – размышляла вслух Хелен. – Саперам – почти что правду. Может, и им… Хотя, с другой стороны, легионеры и Стража – разница большая…

– Хелен, а что произойдет, если упадет вышка? – спросил я.

– Какая?

– Ну, одна из сторожевых. Или лучше две.

Хелен задумалась.

– Две – это уже не случайность. Решат, что диверсия.

– Чья?

Летунья пожала плечами:

– Ну, чья… Османская.

Насторожатся… да нет, Ильмар… суматоха будет, но нам от того только хуже!

– А если еще и у осман вышки упадут?

Хелен пожала плечами:

– Вышлют к границе патрули. Но…

Я повернулся и подергал Маркуса за плечо. Мальчишка открыл глаза.

– Силы есть? – спросил я без обиняков.

– Какие? – со вздохом ответил Маркус вопросом на вопрос.

– Марк, мы снова в ловушке. Не хуже той, подземной."

"Тоскливо он на меня смотрел. Тоскливо и загнанно. Но я сейчас жалости поддаваться не мог, она нас только к смерти могла привести. И потому сказал жестко:

– Тебе придется сделать еще кое-что.

Потруднее… чем в катакомбах.

– Говори, – попросил Маркус.

– Видишь вышки?

Он кивнул. И тут же замотал головой:

– Нет…

– Не сможешь?

– Ильмар. – Маркус наморщил лоб, будто пытаясь облечь в слова те ощущения, которые никогда вслух не высказывал. – Чем дальше, тем тяжелее тянуться Словом. Я не смогу взять вышки на Слово.

– Вышки – не надо! Вытащи все гвозди из досок. Чтобы вышки рассыпались.

Маркус неожиданно улыбнулся:

– Как епископ Геллерт?

– Да.