Настроение герцога менялось слишком быстро, она не поспевала за его просьбами и желаниями. Герцогиня была куда более спокойнее. Они дополняли друг друга. Да и Стефано с ней становился другим: таким внимательным и нежным. Хотелось оказаться на месте Дианы, но Агнессе хватало и своего места. Места просто быть рядом и испытывать те эмоции и чувства, которые возникали при виде герцога. Сейчас она стала к нему ближе и этого достаточно, чтобы любить этого человека тихо, наслаждаясь хоть таким его присутствием в ее жизни.

Герцог вышел, а она еще стояла, долго смотрела на дверь и улыбалась.

Он прошел через улицу и зашел в часовню, увидев Диану, сидящую к нему спиной на коленях. Она все молилась и молилась. А он уже усомнился, что Господь Бог их всех слышит.

От шороха позади Диана оглянулась, встречаясь со взглядом мужа. Она шепотом читала молитву, сложив руки в молитвенном жесте, но при виде него замолчала. Стефано прошел к ней и встал на колени рядом. Его пальцы быстро перекрестили себя и тут же рука коснулась пальцев Дианы. Она следила за ним, смотря уже на его профиль, отмечая, что он молится молча с закрытыми глазами. Ее пальцы плотно сжались на его пальцах, соединяясь с ними. Она вновь зашептала молитву, в которой просила жизни и здоровья своему ребенку.

Стефано открыл глаза, думая о своем. Глубоко в душе он просил прощения за то, что ему предстоит сделать. И его никогда не простит Бог. Его никогда не простит Диана. Он сам себя простит ли? Но иного выхода нет, лишь этот единственный.

Так они просидели очень долго. Молча. Держась за руки. Иногда Диана вытирала слезы, а Стефано целовал ее руку. Они просили у Господа жизни и здравия, но для разных людей.

После молитвы, Стефано поднялся на ноги, помогая подняться Диане. Она стала чуть неуклюжей, но это его умилило. Но вспомнив, что он вообще здесь делает, позлился.

— Я верю, что Господь нас не оставит,— прошептала она, все еще держа его руку, а потом поднесла ее к губам,— но любой исход- это будет его выбор, мы лишь должны принять его.

— Проклятье не выбор Господа, Ваша Светлость. Это выбор сарацина, и я не намерен смириться с ним.

Стефано прижал ее к себе, крепко обнимая, не желая разорвать эти объятия никогда в жизни. Им ведь так хорошо вдвоем, почему какое-то проклятье будет вмешиваться в их союз? Никакой проклятый сарацин не помешает обнимать ее каждый день, целовать ее губы, вдыхать нежный аромат, который однажды пленил его и больше не отпускал. Нет, он тоже не отпустит ее.

А Диана на сей раз промолчала, обнимая мужа и пытаясь насладиться объятиями на века. Она будет скучать по нему больше, чем он думает, ведь жизни без него она уже не представляла.