Пока он целовал мою руку, я бросила на Вэл взгляд широко раскрытых глаз.

По спине пробежал жар; я повернула голову к двери. Мой взгляд столкнулся с взглядом Кристиана и застыл на нем. Мое сердце замедлилось, каждый удар испепелял, когда огонь лизал мою кожу.

Он всегда был не от мира сего красив, и я никогда не реагировала на него так, как большинство других девушек в комнате. Но теперь я знала, как ощущаются на себе его руки, опьяняющий поцелуй, звук его стона, когда он кончал. И я хотела всего этого снова, хотя понимала, что это будет ужасно для моего психического — и, возможно, физического — здоровья.

Он заметил румянец, все еще яркий на моих щеках. Затем его глаза метнулись в сторону, к моему спутнику, и сузились.

И тут я заметила девушку рядом с ним. Александра Попова была еще красивее в своем шикарном красном вечернем платье и на золотых каблуках. Она была бы идеальной моделью для пин-апа. Я даже готова поспорить, что за закрытыми дверями она воплотит в себе домохозяйку пятидесятых годов, подавая мужу стакан коньяка на серебряном блюде, одновременно готовя индейку, надев фартук.

Я отвернулась, борясь с внезапным приступом изжоги.

Нахмурилась. Я даже почти ничего не ела сегодня, пытаясь влезть в это платье. Казалось, мое здоровье всегда было под вопросом, когда присутствовал Кристиан. Этого должно быть достаточно, чтобы держаться подальше.

— Извини, что я так тебя огорчаю, Вэл, но, похоже, скоро твои карманы станут намного легче.

Она посмотрела на дверь, а когда обернулась, на ее губах играла ухмылка.

Рикардо приподнял бровь, вероятно, гадая, сколько денег поставила его жена.

— Но я предупреждаю тебя, — сказала Вэл, глядя на Александру с обожанием, сверкающим в ее глазах, — Я собираюсь стать очень ярой фанаткой.

Я не была уверена, что это за игра, но не хотела в ней участвовать.

Хотя Кристиан обычно смотрел на меня с безразличием или даже отвращением на публике с того момента, как я встретила его сегодня вечером, его взгляд не мог быть более далёким от другого.

Наши взгляды не раз встречались на другом конце клуба, но его взгляд оставался даже после того, как я отворачивалась. Его жар обжигал мою кожу, как огонь. Его девушка стояла рядом с ним, но каждый раз, когда он смотрел на меня, он с таким же успехом мог объявить в комнате, что у нас был незащищенный, прелюбодейный секс.

Я была так уверена, что он не скажет об этом ни одной живой душе, учитывая, что он всегда смотрел на меня свысока, будто я была ниже его, выставляя напоказ одну из своих идеальных блондинок. Как бы то ни было, я не могла позволить кому-либо узнать, что мы были вместе — то, что Дик знал, этого было достаточно, — потому что не займет много времени, в составлении выводов, что это произошло, когда я была замужем.