— Я держу свое слово, Илиная, — произнес Агфар, обращая на себя ее внимание. — Не смей упрекать меня в том, в чем не разбираешься. Неужто считаешь, что очень просто разорвать то, что по своей сути не рвется?

В какой-то момент я подумала, что он сейчас встанет и ударит по столу. Поднимет голос. Парой грубых слов приструнит ее. Однако мужчина остался сидеть, без особых эмоций глядя на свою супругу.

— И для этого нужно носить лифару на руках? Почему не с помощью эши?

— Илиная, ты сама все прекрасно понимаешь. Я не стану ни перед кем оправдываться.

— А если о лифаре узнает графиня ден Фаргос? — с вызовом посмотрела на него жена.

Губы Агфара недобро дрогнули, он откинулся на спинку стула. Сложилось впечатление, будто не хотел, чтобы обо мне узнала его мать. Я была наслышана о ней — строгая и принципиальная женщина. Она единственная в столице, кто нашла свою пару и родила одаренных детей, не умерев при этом. И я не знала, чего хотелось бы мне больше: познакомиться или не встречаться на ее пути.

— Я всегда считал тебя рассудительной, Илиная, так не давай повода в этом усомниться.

— Я намерен держать свое слово во что бы то ни стало.

Графиня всего миг смотрела на супруга. Она сдержанно улыбнулась, распрямила плечи и, словно лебедь, поплыла к выходу, напоследок стрельнув в меня многообещающим взглядом. Я не сразу смогла отвести глаза от закрывшейся за ней двери. Кончики пальцев заледенели, а в груди поселилась гнетущее ожидание расплаты. Она ведь не станет мстить?

— Мышка, — позвал Агфар и, положив на стол что-то очень знакомое, поднялся, — по поводу вчерашнего…

— Это моя заколка? — поразилась я.

Граф сгреб ее в руку, словно желая спрятать, и нахмурился. На миг задумался. Выдвинул ящик стола и положил туда мое украшение, тут же натянув на лицо знакомую маску отчужденности.

— Она сломана, — начал он и набрал в легкие воздуха, чтобы продолжить начатую речь, но вместо этого подошел к окну.

Я до конца не опомнилась от недавнего разговора супругов, став невольной свидетельницей, как снова попала в пещеру с лавой. Его напряженные плечи. Гордый стан. Казалось, любое слово могло стать последним. Малейшая оплошность — роковой.

— Милорд, вы выглядите отдохнувшим. Вам уже лучше?

Агфар опустил взгляд.

— А то, что отнесли меня в комнату, будем расценивать, что выставили за дверь силой, да? — не сдавалась я.

«Ну же, поговори со мной! Произнеси слова благодарности. Пожалуйста, не разочаровывай».

— Мышка, ты никогда не задумывалась, что наша жизнь состоит из моментов? — вдруг улыбнулся Агфар.

Я поразилась, насколько изменилось его лицо. Черты смягчились. В уголках глаз появились маленькие морщинки, придавая графу особого шарма.