Сердце начало пропускать удар после каждого произнесенного запрета, заковывающего нашу с графом свободу в прочные цепи нерушимых уз брака. Быть главой и подчиняться, вести вперед и следовать по пятам, защищать и помогать… Как много всего!

Они ведь шутят? Мне нельзя! Никак…

— Во славу покровителей наших, Безгласых, — более торжественно заговорил служитель храма, зачерпнув кубком прозрачную воду из колодца.

— Айны, — перебил его Агфар.

— Во славу создательницы эши, Айны, — с нажимом повторил граф, давая понять, что лучше с ним не спорить.

Я вздрогнула, почувствовав, как в моих волосах заиграл ветер. Длинная прядь упала на лицо. Она прошлась по щеке, еле прикасаясь, пощекотала кончиками волос шею. Что происходит?

— Долго ждать? — поторопил Агфар гласовника, который тут же потянулся к лежавшей на высокой подставке книге и принялся быстро перелистывать страницы. Граф же еще раз провел пальцем по ненастоящей татуировке. Посмотрел мне в глаза. — Не бойся, маленькая мышка, чуть позже я все тебе объясню.

Я замотала головой, дернула руку на себя. Потом уже будет поздно. Еще раз попыталась сосредоточиться, чтобы развеять эши и показать, что на моем запястье ничего нет. Но у меня не вышло.

Да что за наказание? Почему вечно так — ни капли поддержки, ни грамма послушания? Тупые крупицы, да отвалитесь вы! Ладно, не распадайтесь — просто отклейтесь от кожи. Эши, ну, чего тебе стоит?

Служитель храма вновь заговорил. Теперь его голос звучал громко и уверенно. Клятвы изменились, приобрели другой окрас, по сути, оставаясь тем же набором слов. Руководить и слушаться мужа своего, вести за собой и помогать идти вперед, не отвергать помощь и принимать защиту его…

— Соедините ваши знаки.

Агфар выполнил указание, плотно обхватив мою руку своей ладонью. Я же мысленно взмолилась Айне, впервые к ней обратившись, вновь постаралась сосредоточиться, чтобы предотвратить неминуемое. Но эши меня не слушалась.

— Мне нужно ваше обоюдное согласие, — понизил голос служитель храма, покосившись на мою повязку.

Граф коснулся ее края, но не снял.

— Будешь послушной девочкой?

Я замотала головой. Правда, отрицательно. Какой смысл спрашивать, если не позволяет ни пошевелиться, ни слова сказать, ни предупредить, что он дурень набитый и сейчас пытается связать себя узами брака с девушкой с клеймом?! Пусть просто выдавит из меня нужное слово!

— Только не кричи, — попросил Агфар и все-таки снял повязку.

В первый миг я шумно втянула воздух. Собралась вывалить на этого проклятого живодера всю ту помойку из ругательств, которая крутилась в голове, но прикусила язык. Приличные девушки так не выражаются. Ай, плевать!

— Вы сумасшедший! — только и сумела воскликнуть, прежде чем мозолистая ладонь зажала мне рот.

— Мышка, я недоволен.