— Наиль, — зову, заглядывая в нашу комнату.

Хотя сомневаюсь, что муж проспал. И из легких вышибает весь воздух, когда я вижу нерасправленную кровать.

Пол под ногами словно в лаву превращается, пока я хватаю воздух ртом. Он не ночевал дома…

Его не было в эту ночь дома. И я это четко знаю, потому что он никогда не заправляет кровать. Он ненавидит это делать!

И в этот момент, когда эта мысль пронзает все внутренности, слышу хлопок двери внизу.

Сбегаю по лестнице и сталкиваюсь с удивленным взглядом мужа. На нем вчерашняя одежда, слегка помятая. И он весь какой-то… помятый.

— Доброе утро, — голос хрипит, и он прокашливается, — а ты чего в такую рань вернулась?

Скидывает туфли и проходит в кухню. Набирает стакан воды, чуть ли не через верх, и выпивает залпом.

— А где ты был? — мой голос может заморозить.

Он вздергивает бровь и смотрит на меня с полным непониманием, что же он сделал.

— Это предъява, Мариш?

— Это простой логичный вопрос. Где муж провел ночь?

И я уже готовлюсь к очередной порции лжи. Я ощущаю, как Наиль ищет очередную отмазку.

Муж проходит мимо меня, не удостаивая никаким вниманием и ответом.

Идет прямо в нашу спальню, а я тащусь за ним. С каждым шагом ноги становятся тяжелее, а я сама превращаюсь в ледяную статую. Обхватываю себя за талию и ежусь от внутреннего холода.

Опираюсь на дверной косяк, смотрю, как Наиль молча берет чистое полотенце и направляется в сторону нашей ванной. Оборачивается и осматривает меня непроницаемым взглядом. Передо мной словно не любящий муж, а строгий бизнесмен. Каким он и является вне дома, но… не со мной дома.

— Потрешь мне спинку? — выгибает бровь, пока я пытаюсь справиться с шоком.

— Э-э-э, ты не ответишь мне? — мой голос звучит жалко.

Ударяет своей беспомощностью по перепонкам.

— Отвечу, когда приму душ, Мариш.

Наиль непреклонен. Он умеет вот так без лишних слов настаивать на своем. Делать так, как удобно ЕМУ. И иногда это меня вышибает из привычного равновесия.

— Как раз придумаешь причину? — прищуриваюсь, а у самой сердце сжимается до размера фасолинки.

Муж запрокидывает голову и начинает хохотать. Его низкий смех проходит током по взвинченным нервам.

— Нет, Мариш. Там нечего придумывать, — подходит ко мне, — я тебе никогда не врал.

Ты же знаешь это…

Мне очень ХОЧЕТСЯ верить в это. Хочется, но перед глазами всплывают фото и образ Ирины на том приеме.

Наиль преданно смотрит в глаза, нежно убирает прядь волос за ухо и проводит костяшками пальцев по щеке. Словно банку с мурашками открывает и рассыпает по спине. Вглядываюсь в потемневший взгляд и пытаюсь отыскать правду.

— Так что, потрешь? — подмигивает и снова направляется в ванную.

Я стою несколько мгновений, словно примерзшая к полу спальни.