Ты не против?

На днях Наиль вернул мне машину с водителем, который до этого был занят другими делами по поручению мужа. И жить стало немного волнительнее. Потому что о каждом перемещении докладывалось напрямую мужу.

Хотя мне нечего было скрывать, но на фоне последнего моего плана по открытию своего дела это может стать проблемой. Но сейчас я стараюсь об этом не думать и абстрагироваться от волнений.

Он тихо смеется, и от его смеха по рукам ползет приятное тепло.

— Когда я был против твоих поездок к родным, ангел?

Пред глазами плывет от накативших внезапно слез. Моргаю.

— Никогда. Но мало ли, вдруг я тебе сегодня буду нужна.

На том конце повисает тишина.

— Я сегодня все равно задержусь на работе допоздна. Кучу отчетов надо проверить. Зам срулил в отпуск, теперь зашиваюсь.

После этих слов я стискиваю игрушку, которую все ещё держу на коленях, и выдыхаю. Поздно…

— Нет, все как обычно, Мариш. Не волнуйся об этом. Люблю, целую.

Сдавленно угукаю, и он отключается. А у меня внутри все леденеет. Как удачно совпало. Он задерживается, а меня не будет дома…

Стряхиваю невеселые мысли и выхожу к родным.

— Ма, пап Саш, я у вас сегодня переночую?

Мама бросает на меня обеспокоенный взгляд, пока не видит отчим, а папа Саша, наоборот, начинает сиять.

— Конечно, ты и так у нас нечастый гость. Оставайся, дочка.

Костя с кем-то болтает по телефону на улице. Улыбаюсь и иду к нему. Прижимаюсь лбом к спине и вдыхаю полной грудью. Мы с братом с самого детства были близки, и он всегда был готов броситься мне на помощь. А сейчас мне просто не хватает моральной поддержки, и я снова ищу ее у него.

Он разворачивается и без лишних вопросов прижимает меня к себе. А я стараюсь ровно дышать.

— А теть Катя знает про малышей, Рюшка?

— Пока никто не знает, кроме тебя, Кость.

— Ого, вот это мне честь выпала, — подкалывает брат.

Но я понимаю, что он не со зла. Старается разрядить обстановку, и я ему благодарна.

— Может, тоже останешься? А завтра вернемся домой вместе? — поднимаю на него умоляющий взгляд.

Он хмурится, прищуривает один глаз и потом кивает.

— Ага, можно. Только не ной, что я тебя рано подниму. Мне на работу.

Легонько ударяет меня по носу, и я морщусь.

Шутливо отбиваю «пять». Почти половину ночи мы с братом обсуждаем, что и как мне делать дальше.

Надеюсь, они отвлекут меня от изменений в нашей семье…

Но как же сильно я ошибалась… и поняла это сразу же, когда вернулась домой.

Открываю дверь в наш дом и стаскиваю ботинки. Выдыхаю, когда ноги касаются теплой поверхности пола.

Прислушиваюсь, но в доме тишина. Которая непривычно давит на уши. Обычно Наиль уходит после десяти, а сейчас только девять. В это время муж завтракает и мониторит в ноуте почту.