Заперто. Вот вам и разбудил Спящую Красавицу поцелуем!.. Он занес было кулак, но вовремя спохватился. Нет, не ту героиню он себе представил. У Спящей Красавицы не спал в постели вспыльчивый гномик, готовый разораться при малейшем шуме.

Он обогнул хижину, проверяя окна и невольно вспоминая гномов по именам. Ворчун, Чихун, Скромник… Интересно, как бы назвали этого – Вонючка или Крикун?

Оленьи шкуры были плотно натянуты на окна. Роджер, конечно, мог сорвать любую из них и забраться внутрь, но ему не хотелось неожиданным вторжением перепугать Бри до полусмерти.

Наверное, стоит вернуться к себе и отложить разговор до утра. Все лучше, чем поднимать ее с постели, а заодно разбудить ребенка. Можно попросить Клэр посидеть немного с маленьким уб… сорванцом, а они с Брианной уйдут куда-нибудь в лес и спокойно, наедине, поговорят. Точно. Так он и поступит.

Прошло десять минут. За это время Роджер еще дважды обошел вокруг хижины и теперь стоял напротив задней стены, глядя на сочащийся из-под шкуры свет.

– Да кем ты, черт возьми, себя вообразил?.. – прошипел он. – Долбаным мотыльком?

Тихий скрип уберег его от ответа. Роджер успел обежать дом вовремя, чтобы увидеть белую фигуру, плывущую в сторону уборной.

Та с легким испуганным вскриком обернулась, прижимая к сердцу руку.

– Ты чего так подкрадываешься?! – тихо рявкнула она.

Она не ответила, лишь развернулась и продолжила путь.

– Я сказал, что хочу поговорить! – повторил он уже громче ей в спину.

– А я хочу в туалет. Уходи!

Брианна решительно хлопнула дверью уборной.

Он отошел немного, дождавшись ее возвращения. Брианна замедлила шаг, но обойти Роджера можно было лишь по высокой мокрой траве.

– Тебе нельзя натруждать ногу.

– Все уже в порядке.

– Возвращайся в постель.

– Хорошо, – не стал он спорить. – А в какую?

– В какую? – переспросила Брианна, не пытаясь, впрочем, сделать вид, будто не поняла.

– В ту? – Он ткнул пальцем в сторону недостроенного дома. – Или в эту?

«Будь нежнее», – сказала ее мать; «моей дочери не нужен трус», – предупредил отец. Наверное, стоило подбросить монетку, но сейчас Роджер жаждал последовать совету Джейми Фрейзера, и пропади оно все пропадом!

– Ты сказала, есть браки, заключенные по обязательству, а есть – по любви. Почему ты думаешь, что одно исключает другое? Слушай, я три дня просидел в том кругу камней. Думал, свихнусь, решая, уйти мне или остаться. И вот я здесь.

– Это пока. Ты еще не понял, что потеряешь, если останешься навсегда…

– Все я понимаю! А еще больше понимаю, что потеряю, если уйду! – Он схватил ее за плечи, сминая ткань сорочки. – Я не могу уйти и жить с мыслью, что отказался от ребенка, который может быть моим… который и есть мой! И я не могу жить без тебя.

Она отступила, пытаясь высвободиться из его хватки.