Он всегда подписывался «Ханс» и заворачивал уголок, как будто стеснялся своего авторства. Она возвращалась назад во времени, неделю за неделей. 10 июля, 3 июля, 26 июня, 19 июня, 12 июня… Иви проверила свой телефон. Ханс рисовал каждое воскресенье.

Капитан, бутылка с козьим молоком, чей-то портрет, морская раковина, якорь… Рисунки становились все более детскими. Шары, тетраэдры, винные бутылки. Она быстро добралась до последнего листа и вытащила его из кучи. Там был куб – примитивный набросок. Половина казалась совсем ученической, с разным нажимом карандаша и линиями, которые никак не сходились в одну точку. Иви ласково повела пальцем по подписи: «Ханс, 8 ноября 2015».

А вот вторая половина была безупречной. От нее отходило несколько линий, показывавших, как рисовать куб. Она тоже была подписана в нижнем углу: английской буквой «I».

Иви с натянутой улыбкой открыла дверь. В спальне было почти темно; горела только маленькая лапочка на прикроватном столике. Мать сидела, накрывшись одеялом и подложив подушку под спину. Надев очки, она писала сообщение в телефоне. Иви встала, прислонившись боком к дверному косяку. Мать отложила телефон, разгладила одеяло и выпрямилась.

Когда в последний раз Иви заходила сюда? Ее охватил физический дискомфорт. Она невольно озиралась, сжимая и разжимая кулаки. Наконец, несколько раз кашлянув, спросила:

– Ты не знаешь, он брал уроки рисования? – Иви махнула в воздухе листами бумаги.

– Я нашла это в его комнате.

– О… Да… – Мать старалась собраться с мыслями. – Да, несколько раз он о чем-то таком упоминал. Он учился у приятеля – рисунку и акварели. Но я не совсем уверена…

– Приятель – женщина? Или мужчина?

– Мальчик. – Мать потрясла головой. – Я спрашивала.

– С подготовительных курсов? Который тоже хотел сдавать экзамены в медицинский колледж?

Иви положила рисунки на маленький комод возле двери.

– Или кто-то старше?

– Где они познакомились?

Разочарованная, Иви потеребила листки, дергая за них, как за веревочки. Мгновение невнимательности, и веревочка порвется. Никого не останется.

– Я беспокоилась, не повлияет ли это на подготовку к экзаменам. Но он сказал, что у этого друга диплом по психологии или социальной работе… что он работает в государственном секторе. У него было имя. Начиналось на английскую букву…

– Ай. – Иви нахмурилась.

– Он работает в какой-то студии. – Мать начала поднимать одеяло. – Я видела визитную карточку. Она тоже на английском.

– Не вставай, – сказала Иви и сделала шаг назад. Стоило ей увидеть изнанку этой постели, как все мышцы в теле напряглись, будто готовясь к обороне. Как прискорбно – в таких-то обстоятельствах…

– Она где-то в доме. Я имею в виду карточку из студии. – Мать уже вставала, не выпуская телефон из рук.