Но… Так быстро, господи?!

– Не отдавай меня ему, пожалуйста, – обхватываю его шею руками, еще сильнее плача.

Он медлит, не говорит ни слова, но потом так неожиданно обнимает, прижимает к себе так крепко, до хруста костей, что дышать становится нечем.

– Прекрати, Ангелина! Я тебя не отдам! Слышишь?! Не отдам! Никогда! Никому!

Звенят в ушах его слова. Раз за разом мысленно повторяю. Затихаю. Дышу, втягивая в легкие его запах. Такой… Родной… Но совсем чужой. Я должна его ненавидеть! Ну… Это же очередная ловушка! Он увезет меня к мужу!

– Нет! Нет, ты врешь! Снова… ты меня подставишь! Ты меня опозорил! Предал! Ты… Ты… Да отпусти ты меня, будь ты проклят!

Не отпускает меня. Не слушает… Но я четко слышу стук его сердца, чувствую, как оно бешено колотится в груди. Точно так же, как и мое.

– Не отдам, – повторяет, утыкаясь носом в мою шею,  глубоко вздыхает. – Успокойся. Обещаю, ты больше никогда не вернешься в тот дом. Я не позволю. Ты только верь мне, хорошо, Ангелина?

– Нет, – мотаю головой, сопротивляюсь, пытаюсь оттолкнуть от себя. Но я напрасно теряю силы. – Я тебе не верю!

– Лин! – звучит как приказ. – Сиди смирно. Мы едем сейчас в безопасное место. Ты выспишься. Отдохнешь.

– А потом? Ты позвонишь ему, чтобы пришел и забрал меня?

– Нет, – рычит, отстраняясь. – Не отдам, я сказал! Не хочешь, чтобы он сдох, а, Ангелина?

– Хочу, – отвечаю моментально. – Хочу!

– Тогда будь послушной девочкой. Не нужно от меня бежать, всё равно ни хрена не получится. Всюду мои люди, – цепляясь пальцами за мой подбородок, вздергивает, заставляя смотреть ему в глаза. Но перед ними темно, я ничего не вижу. – Тот… Сука… Не знает, где ты. И не узнает, если, конечно, ты не наделаешь глупостей. Мне нужно время, чтобы разобраться с ним. Ты же понимаешь меня, да?

– Да, – выходит совсем неуверенно. Потому что я не верю Церберу. И никогда не поверю. Наверное…

Он глубоко выдыхает. Заводит машину, и мы плавно въезжаем на трассу.

– Я же не предупредила их…

– Это нам на руку. Мои ребята там. Никто тебя даже вспоминать не станет.

Я лишь усмехаюсь. Его люди, видите ли… Его огромный автомобиль останавливается во дворе многоэтажки. Цербер обходит машину, открыв дверь, снова берет меня на руки и направляется к подъезду.

– Босыми ногами подняться хочешь? Тут нет лифта, – объясняет, когда я сопротивляюсь.

Выдохнув, утыкаюсь носом ему в шею и снова растворяюсь. Господи, что за чувства меня сейчас охватывают? Почему я хочу быть к нему всё ближе, хоть и знаю, что с огнем играю? Ему нельзя доверять! Предал однажды – предаст еще.  Но я не могу справиться со своим сердцем…

– Ты сказал, нет лифта, – шепчу, как только створки лифта закрываются. – Отпусти меня.

– Стой смирно, Ангелина. Не дергайся, – оставляет легкий поцелуй на лбу.