Глаза и без того светились от предвкушения свидания — я просто обязана была сойти за взволнованную невесту.

— Ну, как знаешь, — брат посторонился, давая мне пройти. И я поспешила убраться подальше, пока он не передумал.

Кафе «Вупер» находился в паре кварталов от лисьей «норы». Лисы не любили это район из-за обилия высотной застройки. И я тешила себя надеждой не встретить там ни одного знакомого.

Перед входом в заведение я остановилась в нерешительности. Прошлась взглядом по лицам посетителей за столиками у окна. И с облегчением выдохнула, не увидев среди них Суворова. Боюсь, иначе бы дала деру как последний трусливый заяц.

Я пришла на десять минут раньше. Может, его еще нет?

Каблук соскользнул с края ступени, но в последний момент я удержала равновесие. Только разбитых коленок мне не хватало! Казалось, я выдыхала волнение, словно воздух. Оно ощущалось вокруг меня плотным маревом. Хотелось перевоплотиться в лисицу и бежать отсюда, что есть мочи.

Вперед! Давай! Сможешь!

Я открыла дверь, как можно невозмутимей заходя в кафе. Официант встретил меня дежурной улыбкой, тут же поинтересовавшись:

— Хотели бы заказать столик?

— Нет-нет, меня ждут, — я обвела взглядом зал и застыла. Стас сидел за дальним столиком, вольготно опершись на подлокотник. Точнее — еще секунду назад вольготно…

Голубые глаза буравили во мне дыру. Голодные, горящие, глубокие, как Марианская впадина. Тело альфы подобралось, напряжение чувствовалось в каждой линии, в каждой морщинке на его лбу.

Я в полной мере ощутила себя жертвой, за которой охотится голодный хищник.

И тут он кивнул, медленно, не прерывая зрительного контакта. И я еле нашла в себе силы опустить голову в ответ. Взглянула на него из-под ресниц, и заметила его резкий жест рукой, приглашающий присесть за столик.

Он сидел, наблюдая, пока я медленно шла к нему на встречу. Я ощущала его взгляд, как прикосновение, в одно мгновение то обжигающее, то замораживающее кожу.

Встав перед столиком, я не могла заставить себя сесть. Четкое ощущение, что мне лучше стоять, чтобы в случае неприятностей легко унести ноги, не покидало. Зажимая клатч в руках, я смотрела на чашку кофе на столике, и старалась не выдать волнение частым дыханием.

Вот она — я! Открыла карты, показалась во всей красе волку! А он смотрит на меня и молчит.

— Присаживайся, — единственный раз, когда он оторвал взгляд, посмотрев на часы. И тут же вернул его ко мне. Он открыл рот, потом закрыл снова, а потом сказал: — Не ожидал.

— Я тоже, — сев напротив, положила сумочку на колени и подняла глаза на блондина. Сегодня он выглядел по-особенному. Волосок к волоску, на пиджаке — ни пылинки. Расстегнутый воротник рубашки ослепительно-белый даже изнутри. И глаза! Горят, словно полярная звезда.