— Мы будем находиться в комнате с мертвым телом? — я сразу почувствовала себя неуютно, представляя такую картину. Об этом я даже еще не думала.

Анья отошла от нас, схватив себя за голову, она чувствовала, как будто сама сходит с ума вместе с нами. Найла для всех была частью семьи.

— Я не знаю… Нет… Не знаю… — посмотрев на себя, на свой красный свитер, я вновь включила старую пластинку. — Я не могу идти в этом… Я должна найти другой… Найла любила его.

Все тяжело вздохнули.

— Мы спокойны, — ответил Линкольн, прижимая к себе свою девушку.

Да, Найлу Грей все очень любили. У нее не было друзей, но у нее была семья из коллег, с которыми они вместе многое прошли.

— Линкольн, я тоже должна все время переодеваться?.. — спросила шатенка.

— Тихо, О… Тише… — нашептывал парень.

— Но я не понимаю… Не понимаю, как это могло произойти… Почему забирают хороших людей… — подругу прорвало, она заплакала. — Как нам пережить это?.. Я знала ее… И вдруг ее не стало… Почему она не может быть живой? Ранняя смерть — это глупо!

— Мы сами не знаем, как это пережить, О… — все, что я могла сказать, присев на кровать, сглатывая слезы. Найлу любили все. Нежный цветочек, яркое солнышко, весенний аромат…

Поток моих мыслей прервал какой-то звук. Похоже, все были внутри себя, так как не заметили, как Птичка это сделала. У нее сдали нервы…

— Извините. Извините. Извините… Я тут… — рука Рэй провалилась в дверь. С внутренней стороны дверь была сделана из какой-то фанеры и при ударе сломалась. Кулак девушки застрял.

— Рэйвен… — подошла я. — Куда провалилась твоя рука?

— Просто мне было очень тяжело… Поэтому я… Я ударила по стене…

— О, Боже… — подлетела Анья, пытаясь осторожно вытянуть руку своей любовницы. А я понимала, что Рейес решила эмоциональную боль заменить физической. — Рука в порядке?

— Вроде бы… Мне очень жаль… И еще раз извините.

— Тебе стало легче? — поинтересовалась я.

— На целую секунду… — усмехнулась я. Мой сарказм в данной ситуации успокаивал нервы всем.

— Ты обвинила во всем стену, — поддержал меня Линк, чтобы как-то развеять всеобщую скорбь.

— Нужно промыть… — проговорила Анья и отвела девушку к раковине, доставая аптечку из настенного шкафчика.

— Ты так и не нашла синюю кофту? — поинтересовалась Октавия у меня. Я отрицательно покачала головой.

— Не важно. Нам пора ехать, — все эти странные ситуации со мной и с моими друзьями меня немного успокоили, и я была готова.

— Да, — ответил Линк, поглядывая на часы.

— Я должна быть там, — заключила я.

На кладбище было прохладно. Наверное, так и должно было быть… Зеленая поляна с небольшими камнями-плитами… Ни деревьев, ни зданий поблизости, бесконечно дует ветер… Хотя мне казалось, что тут холодно от душ.

Душа — это же бессмертная часть человека.