Ну да, потом судья извинился и признал вашу невиновность, но для миллионов, а пожалуй, и для миллиардов средних людей вы остались не психоисториком-первооткрывателем, жаждущим сохранить величие цивилизации, а всего лишь каркающим безумцем, накликающим беды на великую и могучую Империю.

– Простите меня, Главный Библиотекарь, но быть объектом для насмешек – это для меня не новость.

– Это верно. Но до сих пор над вами смеялись только в определенных кругах. Но последний случай стал грандиозным спектаклем, в котором вы сыграли роль шута не только перед Трентором, но и перед всеми остальными Мирами.

Профессор Селдон, если я и теперь, после всего случившегося, предоставлю вам помещения в Библиотеке, смеяться станут и над Библиотекой. Совершенно не важно, как сильно лично я верю в ваши идеи, в вашу Энциклопедию, будучи Главным Библиотекарем Галактической Библиотеки, я призван думать в первую очередь о ней. Следовательно, профессор Селдон, ваша просьба о предоставлении помещений для ваших сотрудников отклоняется. – Селдон откинулся на спинку стула, словно его ударили. – Кроме того, профессор, – продолжал Арканио, – я бы просил вас в течение двух недель воздержаться от посещений Библиотеки. После заседаний Совета через две недели, профессор Селдон, мы известим вас о своем решении – продолжим ли мы договор с вами или нет. Это все, профессор Селдон, что я пока могу вам сказать, – твердо проговорил Арканио и встал, опершись ладонями о гладкую, без единого пятнышка, поверхность письменного стола.

Гэри Селдон тоже встал, хотя и не так резво, как Трима Арканио.

– Смогу ли я обратиться к Совету? – спросил Селдон. – Может быть, если бы мне удалось убедить членов Совета в жизненной важности психоистории и Энциклопедии…

– Боюсь, что нельзя, – негромко ответил Арканио, и на одно-единственное мгновение он показался Селдону тем человеком, о котором ему рассказывал Лас Зенов.

Но холодный бюрократ незамедлительно взял верх над прогрессивно мыслящим человеком, и Арканио проводил Селдона до дверей. Когда их половинки разъехались в стороны, Арканио сказал:

– Две недели, профессор Селдон. Пока – до свидания.

Селдон сел в ожидавший его скиттер. Двери кабинета закрылись.

«Что же мне теперь делать? – в отчаянии думал Селдон. – Неужели конец всему?!»

– Ванда, детка, чем это ты так увлеклась? – спросил Селдон, входя в кабинет внучки в Стрилингском университете. Когда-то этот кабинет принадлежал Юго Амарилю, после смерти которого Психоисторический Проект просто осиротел. К счастью, роль Юго в последние годы взяла на себя Ванда, которая постоянно трудилась над модернизацией и шлифовкой Главного Радианта.

– А? Я работаю над уравнением в отрезке 33А2Д17.