С ловкостью акробата он прыгнул на балкон уцелевшего дома, зацепился, подтянулся на руках, карабкаясь вверх. Совсем немного – и вот он, тяжело хрипя, стоит на мраморной крыше, смотрит на Ктесифон. Гостя, чьё сердце бешено колотится, ждет неприятное открытие: царского дворца больше нет. На месте резиденции владыки Парфии дымятся руины: осколками, как зубы в разбитом рту, высятся две колонны. Спасся ли Артабан? У него нет ответа. Сквозь ядовито-чёрный дым рвётся вой женщин. Что делать, куда бежать?

Воздух на крыше сгущается, превращаясь в неясную тень.

Он видит черты человеческого лица и чёткие контуры огромных крыльев.

– Пойдём со мной, – говорит тень. – Хватит… твой бег закончен.

«Кудесник» чувствует – КТО этот преследователь. Он знал с самого начала, его обязательно будут искать… поэтому и скрывался. Он смотрит вокруг… До соседнего, полуразрушенного здания слишком далеко, не допрыгнуть, а вода из реки прибывает, затапливая всё новые и новые этажи. Гость лихорадочно оглядывается, отступает к самому краю крыши, балансируя над ревущей водной бездной.

Существо делает шаг к нему.

Внезапно над крышей взвивается край пурпурной ткани. Женщина. С растрёпанными от скачки волосами, исцарапанными руками… надо же, тоже забралась сюда. Его загадочная преследовательница – а он-то надеялся, что она утонула.

Женщина не глядит на «Кудесника». Она улыбается существу.

– Я испугалась за тебя, – говорит она по-арамейски.

– Мама, что со мной может случиться? – нарочито лениво отвечает невидимка. – Я вполне себе взрослый мальчик. Давайка займемся гостем.

«Кудесник» отчётливо понимает: он не должен допустить, чтобы они взяли его ЖИВЫМ.

Что угодно, только не это. И только не сейчас.

…Набрав в грудь воздуха, он кидается с крыши в бурлящую воду – сомкнув руки, «ласточкой». Тело погружается в волны без единого крика, тёмно-розовая пена, зашипев, смыкается над головой…

Глава IX. Адрес Эдема

… Малинин уже не в первый раз летал на «ероплане». Однако полёты до сих пор были ему в новинку, и в воздушном путешествии его занимало буквально всё – включая рёв турбин, табло «Застегнуть ремни», а особенно – вырезы в блузках стюардесс.

Бесплатная выпивка и вовсе привела Малинина в полный восторг. Казак вертелся на кресле, словно волчок, высунув язык от любопытства. Калашникову пришлось сделать напарнику внушение:

– Угомонись, братец! У тебя прямо как шило в известном месте.

Малинин, в свою очередь, имел целую упаковку возражений.

– Интересно ж, вашбродь, – пояснил он. – Меня еропланы всегда поражали. Тяжёлый весь, из кованого железу, а летит – причём и овса не просит, и крыльями не машет.