Когда же Тиберий заливал горе вином в термах с первосвященниками Синедриона – Каиафой, Иезекией, Анной и Зоровавелем, к ним подошел некий банщик. Удивительное совпадение… оказалось, он видел тот же сон.

Ангел сильно закашлялся. Торговцы лошадьми в изумлении оглянулись, ища источник кашля. «Кудесник», между тем, уже ни на что не отвлекался. Подтянувшись, он легко забросил своё сухощавое тело в седло жеребца. Тот заливисто заржал, но и не подумал вырваться… чувствуя власть седока.

Воздух пошел волнами, как от колыхания крыльев.

– А разве может быть такое, что два человека видят один сон?

Ангел обратил взор на «Кудесника».

Алевтина произнесла что-то. Без звука, одними губами.

Её призрачный спутник на пару секунд потерял дар речи.

– Это точно? – спросил он, сглатывая ком в горле.

– А что тебя удивляет? – ответила вопросом Алевтина. – Каждая религия содержит вещи, которые никем из её слуг официально не подтверждаются. Уж ты-то, как ангел, должен это знать. Проще навеки запечатать уста молчанием, нежели постоянно оправдываться. Позже я нарушу слово и расскажу тебе об этом в подробностях. Но сейчас надо думать, как разобраться с нашим клоном. Схватить его при всех? Нельзя, слишком много тут людей, плюс охрана. Убить? Ты сожалеешь, что у тебя нет лицензии на убийство, но план покойника Тиберия исполнится, если двойник умрёт. Почему ты так дышишь?

– Я наконец-то понял, что нам делать, – донеслось из воздуха. – О, это даже проще, чем я думал. Но есть две проблемы. Первая – нужно оказаться с ним наедине и в закрытом помещении. А вторая – он должен дать согласие на то, что я сделаю. Хотя… обычно никто не возражает. Подождём, пока мальчик вдоволь наиграется с лошадками и вернётся. А мы постараемся узнать, в какой именно комнате дворца Артабана скрывается гость… и вот тогда…

Ангел не закончил фразу.

Лоб «Кудесника» пересекла морщина. Он начал нервно оглядываться – им овладело внезапное беспокойство. Всадник не мог внятно объяснить, в чём дело, – сердце стиснуло в тисках тревоги. Нервозность передалась и коню. Тот дёрнул шеей, заржал, застучал копытами. Чёрные клубы дыма от жертвенников, подобно мифическому чудовищу, поглотили луну – Конный рынок освещали лишь отблески факельного пламени. Спустя секунду, как по команде, сотни лошадей впали в буйное помешательство. Кони метались по рынку, роняли с губ пену, вставали на дыбы, их ржание напоминало общий истерический вопль. «Кудесник» вцепился в поводья, стараясь удержаться в седле. Рядом обезумевший жеребец из Германики с отчаянной силой бросался грудью на деревянную перегородку, вырываясь за пределы Конной площади.

Страшной силы подземный удар обрушил людей на камни.