Ангел за её левым плечом предпочел оставаться невидимым. Его, внеземное существо, привыкшее к небесному благоуханию, откровенно мутило от запахов навоза, лошадиного пота и гари жертвенников. Он увидел «копию» Кудесника и невольно дёрнулся.

– О Голос всемогущий… – прошептал ангел. – Как похож… одно лицо.

– Да, – согласилась Алевтина. – Сходство поразительное. Немудрено, что Тиберий выбрал его для осуществления плана.

Алевтина не отрывала взгляда от «Кудесника».

– Как же ты любишь жаловаться, – укорила она. – У небесных созданий нет золотой середины. Они либо брутальны, либо изнежены. Оставь свои страдания на потом – мы нашли его. И надо решить, что с ним делать… Лучше всего – прямо сейчас.

«Кудесник», улыбаясь, гладил морду жеребца из Германики. Тот косил глазом, переступал копытами и презрительно фыркал на гостя. Он всем своим видом показывал: а достаточно ли у тебя, чужеземец, треугольных тетрадрахм, чтобы ездить на ТАКОМ коне, как я?

– Жаль, убить нельзя, – расстроился ангел. – А то швырнул бы файрболл – и привет мерзавцу. Дело сделано, мы свободны – ты вёрнешься в Ад, а я – в Небесную Канцелярию, писать отчёт страниц эдак на двести. У нас жуткая бюрократия, просто кошмар.

Алевтина сверкнула глазами из-под пурпурного покрывала.

– Я поражаюсь, мальчик, – откуда в тебе столько жестокости?

Алевтина подумала: как же плохо, что твой ребёнок становится взрослым. На ошибки ему не укажешь, а в угол откажется вставать.

– Не будь ты невидим, я бы врезала тебе подзатыльник, – призналась она. – Но в данном случае это может смотреться несколько странно.

У неё закладывало уши от конского ржания и топота копыт. Сложив угол покрывала, она вытерла слезящиеся глаза. Подул ветер, и дым жертвенников застелился по земле. Тёмные силуэты святилищ Ктесифона отбрасывали тени, в шуме тонули крики жрецов, одетых в оранжевые туники, схожие красками с огнём, – «Слава Ахурамазде!»

– Я поведаю, с чего всё началось, – медленно сказала Алевтина. – Однажды цезарь Римской империи Тиберий, заснув на Капри, посреди ночи увидел вещий сон – ему в красках явилось будущее. Словно воочию, он наблюдал падение статуй богов, крушение древних святилищ и обращение в пыль алтарей. На их обломках тысячами строились новые храмы, один прекраснее другого, в честь неведомого бродяги, казнённого на кресте, по прозвищу – Кудесник. Смерть обеспечит ему владычество над всей планетой, а великих цезарей, да и саму империю ждут тлён и забвение. Пробудившись, Тиберий понял: допустить вознесение Кудесника ни в коем случае нельзя. Под видом богатого купца цезарь прибыл в Ерушалаим и предложил Кудеснику корону царя Иудейского… но потерпел неудачу.