Она возбуждена – пока эмоционально, но если я сейчас ее поцелую…

Я провоцировал ее, чтобы она первая меня потрогала, чтобы инициатива исходила как бы с ее стороны. Я вел себя провокационно и каждый элемент поведения контролировал сознательно. Я знал, что я делаю и зачем, поэтому так уверен был в том, что результат, скорее всего, будет позитивным. Наш роман с ней уже начался, потому что она все-таки меня ударила!

– Ах ты, гад! – и тут я ее обнял. Зажал в объятиях, чтобы избежать ударов, и страстно посмотрел ей в глаза.

Я произнес про себя: «Ты моя всецело!» Это мистика, но это всегда хорошо работает. Каждый раз, когда я проговаривал про себя эту фразу, все складывалось классно. Просто важно делать это в нужный момент. Может, я программирую себя, а может, это передается и ей?

Возникла секунда молчания, и я поцеловал ее в губы. Она хотела вырваться, но была у меня в руках как в тисках, и это расслабило ее. Она сопротивлялась секунд пять, а потом сдалась…

Теперь было важно долго ее не отпускать. Тогда процесс сноса крыши пойдет по полной программе. Через три-четыре минуты я ее отпустил. Это был очень долгий поцелуй. Люди глазели на нас.

– Какой же ты наглый!

– Наглый подонок! Извини, не сдержался…

– Да еще и гордишься этим.

– Я же знаю, тебе приятно. Тебе нравится это!

Нет, девочка, это еще надо заслужить…

– Я замерз, напои меня чаем!

Я играл с ней, как с котенком. У нее не было шансов. Милая киска, ты уже попалась!

– Ты гад! Теперь я тебе тоже не дам себя поцеловать.

Я схватил ее, она отбивалась, я зажал ее и поцеловал с еще большей страстью. Мы общались не больше часа, но темп общения был такой, что казалось, мы знаем друг друга уже много месяцев. Для меня было естественным – вести себя так открыто и расслабленно с новой женщиной, но она себя чувствовала так же!

Мы гуляли по берегу реки, и я облил ее водой. Потом она затолкала меня в воду, и я намочил ноги.

– Я хочу напоить тебя чаем, чтобы ты не заболел.

Она жила рядом. Как я и предполагал, она жила одна. Хорошо, что у меня правило: презервативы всегда с собой. Мой друг смеялся, спрашивал, зачем они мне в КВД? Теперь я знаю зачем!

Наверное, она не понимала, что я ее возьму в квартире. Многие парни так же себя ведут, но, когда дело касается перехода к сексу, у них включается тормоз. В этом смысле я был уже не такой. Хотя я был ужасным тормозом раньше!

Но было одно «но» – анализы. Я не стал бы с ней спать, если бы она чем-то болела. А я еще в КВД выяснил, что у нее подозрение на хламидии.

Я зашел, сел, она сделала чай.

– Ну что, до анализов осталось ждать час. Никакого секса до тех пор, пока мы все не узнаем!

Я был серьезен, но она засмеялась. Она сама положила мои носки на батарею. Я специально их не снимал, пока она этого не сделала.