Надо брать ситуацию в свои руки, а то загонят меня в комнату на четверых, лучше уж с шебутным Бейбутом, да и не мешало бы его на спарринге под орех разделать, развиты физически мы одинаково, а вот техника у меня выше намного, его пик впереди, шансов сейчас у него нет. Нечестно, конечно, а кто сказал, что жизнь справедлива? Хе-хе.

— Анна Дмитриевна, а вам директор ничего не говорил про Анатолия Штыбу? — надеюсь на благополучное решение вопроса.

— Вот только о тебе и говорил, все переживал, когда же Штыба мой приедет, — говорит воспитательница и поворачивается, чтобы уйти.

— Анечка, удели старику две минуты, — шамкает вдруг вахтёр.

И о чудо, Анечка послушно поворачивается, и морду, накрашенную довольно умело, уже не кривит.

— Земляк это мой, и если он сказал, что должны предупредить, значит должны, — спокойно говорит старик. — Иди, позвони и спроси, трудно тебе? У Палыча телефон домашний есть, у тебя в кабинете тоже.

— Да что больного человека отрывать? — ворчит Анна, но идёт звонить.

— Спасибо, Сан Саныч, его друг должен был предупредить обо мне, я не вру, — улыбаюсь приятному старику.

Анна вылетает пулей через несколько минут.

— Где твоё направление, — торопливо тянет руки ко мне взволнованная женщина.

— Сразу надо было дать, — злится она, но так тихонько-тихонько, чтобы никого не обидеть, даже Бейбута.

— Так можно мне к Бейбуту в комнату, мы оба боксёры, двадцать минут назад двух девушек от хулиганов отбили, и, вообще, в комсомольскую дружину хотим вступить, — говорю я.

— Можно, почему нет, бельё сама принесу, иди, селись, Толик. Ах, да, — как бы вспоминает она:

— Если, что я тебя на вокзале на машине встретила, — но смотрит на Сан Саныча при этом, а ну как сдаст тот?

— Встретила, встретила, — с улыбкой киваю я головой старику.

— Ну раз встретила, а что там за хулиганы? — интересуется вахтёр, или не пойми кто он тут.

Пришлось убить пять минут на рассказ и отдать оба студика спортсменов старику.

Сам поговорю с тренером, это же надо таких скотин тренировать, — возмущается тот.

Идём в комнату, и следом меня догоняет Анна Дмитриевна с бельём.

— Вот твой комплект, обед уже пропустил, на ужин приходи, и вообще, если что нужно — говори.

— Нам бы чайник в комнату, — просит совершенно бескомплексный Бейбут.

— Чайник не положено! — рявкает Анна, и противоречиво добавляет, я вам свой пока принесу.

— Что ей директор такого про тебя сказал? — спрашивает Бейбут у меня, когда мы остаёмся в комнате одни.

— Да погоди, — отмахиваюсь я, привлечённый зрелищем в окне.

— Зачетная девочка, — соглашается со мной, глядя мне через плечо, мой новый сосед. — Тут таких много. Давай занимай место, — он кивает на свободную кровать.

— Зиночка! — кричу я, открыв окно.