– Либо сейчас ты перестаешь упрямиться, едешь со мной в столицу и заканчиваешь этот год в магистратуре. По окончании учебы я помогаю тебе с работой, квартирой и всем, что потребуется.

– Либо? – прислонившись к стене многоэтажного дома, в котором мы жили с матерью, и засунув одну руку в карман своих джинсов, я выдыхаю едкий дым. Отвратительная привычка, от которой я никак не могу избавиться. Хотя нет, не так. Не хочу.

– Второй вариант, Влад, не такой приятный, – отец тушит сигарету о железные перила, после чего отправляет ее в мусорный контейнер. – Ты остаешься здесь. Квартира, в которой вы жили с мамой, в огромных долгах. А твоя учеба оставляет желать лучшего. Я знаю, что тебя отчисляют.

– У меня все под контролем, я вывезу, – произношу я без тени сомнения.

– А деньги? На что ты будешь жить, Влад? – отец ни на мгновение не сводит с меня свой пристальный взгляд.

– Я, к твоему сведению, подрабатываю в клубе, – невозмутимо говорю я, скрывая, чем на самом деле зарабатываю на жизнь. Но умалчиваю о том, что в данный момент мои доходы равны нулю.

– Это похвально, – мой родитель говорит это так, будто я ни на что не способен. Становится не по себе, но я ничем не выдаю своих эмоций. – Но мы оба знаем, сын, что тебе не вывезти в одиночку.

– Ты ведь можешь с помощью своих связей оставить меня в универе, – хрипло говорю я. – И квартиру можешь оставить.

– Ублюдок, – цежу сквозь зубы, но отец не слышит меня.

– По одной причине, сын, – он пропускает мимо ушей последнюю фразу.

– Ну, давай, удиви меня, – я отхожу в сторону и смотрю в сторону моря, повернувшись к моему родителю спиной.

– Я обещал твоей матери, – говорит он спокойно, – что сделаю из тебя человека. Пришло время. Иначе ты сломаешь себе жизнь.

– Так, как ты сломал маме? – я со всей силы сжимаю пальцы в кулаки, едва сдерживая себя от необдуманного поступка. – Ты не знаешь меня, и я справлюсь без твоей помощи.

– Ну, как знаешь, – отец поджимает губы и долго смотрит на меня, – буду ждать тебя завтра в десять утра в аэропорту.

– Не дождешься, – мой голос звучит глухо. Не глядя на родителя, разворачиваюсь и захожу в подъезд потрепанной многоэтажки. Войдя в квартиру, со злости бью рукой по стене, четко осознавая, что выбора у меня нет.

Я опаздываю на десять минут. Не намеренно, разумеется. Подходя к стойке регистрации, вижу отца, который постоянно поглядывает на наручные часы, стоимостью, наверное, как наша с матерью квартира. Не спеша направляюсь к нему, замечая, что отец не сердится, скорее, наоборот. В его глазах играют искорки радости, а вот я чувствую совершенно противоположное.

С одной стороны, я и рад вернуться в столицу. Школу я заканчивал там, и у меня остались товарищи, с которыми мы по-прежнему поддерживаем отношения. Есть одна небольшая проблема.