Девушек пропустили, но Юлия чувствовала их взгляды, когда она набирала нужный номер. Причем впервые чувствовала ощупывающие взгляды не только на своих тугих оттопыренных ягодицах, но уже и на серьгах…

Олег по домофону ничего не ответил, но в коробочке щелкнуло, а респектабельная дверь подъезда дрогнула, освобожденная от запоров.

В богато украшенном холле консьержка выскочила из будочки и помогла вызвать лифт, будто они безрукие, в самом лифте Юлия обнаружила, кроме зеркала, во всю стену еще и удобный диванчик от стены до стены.

Олег, скотина бесчувственная, открывая двери, даже не заметил их серьги.

Зря они сразу после магазина забежали в скверик, пугливо вскрывали коробки, в страхе оглядывались по сторонам, торопливо цепляли, даже сами не рассмотрели как следует, не насмотрелись!

Елена зашла притихшая, остановилась в прихожей как сиротка. Юлия сама никогда не была в таких элитных квартирах, но раз уж Елена считает и ее чуть ли не такой же шпионкой, то она спокойно прошла через роскошный холл, на ходу заглянула на кухню.

Олег и Мрак сидели на кухне за широким столом, перед ними штук пять бутылок пива, на полу батарея пустых, оба смотрят друг на друга, как два боксера перед последним раундом: злые, со вставшей дыбом шерстью.

Юлия заявила с порога:

– Мы с Еленой посовещались и решили…

Это звучало как старое доброе «Мы с народом посовещались и решили», Юлия сама ощутила нелепость, засмеялась, а Елена подошла к Мраку и прямо посмотрела ему в глаза. Рядом с его фигурой Кинг-Конга она выглядела совсем зайчиком.

– Что вы решили? – поинтересовался Олег.

– Что ей здесь небезопасно, – ответила Юлия. – Если за тобой гоняются, а при нынешней технике слежки всегда найдут… то Лену отыщут у любых знакомых или родственников.

Ей, как и мне, будет безопаснее, если будем у вас перед глазами.

Олег фыркнул, Мрак нахмурился, лицо стало совсем устрашающим. Темные глаза не отрывались от ангельского личика Елены. Он проревел, явно стараясь сделать голос тихим и сладеньким:

– Тебе в самом деле… так кажется?

Она судорожно закивала. Их взгляды сомкнулись, она подошла вплотную. Он неловко обнял, явно побаиваясь сокрушить ее хрупкие косточки.

Олег сказал, как в воду бухнул, настолько невпопад, явно отвечая своим глубоким думам:

– И все же я вот думаю, думаю, как все-таки поступить правильно… Мы знаем больше, умеем больше… потому должны сперва думать, а потом… потом еще раз подумать…

Юлия была уверена, что Мрак не слушает, но, когда Олег запнулся, Мрак фыркнул, как большой медведь, которому среди янтарного меда попалась грязная сосновая шишка:

У него был не голос, а рев.

Лицо потемнело, ноздри раздувались, словно ловил запахи крови и готов был ринуться в кровавую схватку, не задумываясь о последствиях.