Мотолыга попятилась. Чумоход накренился, с трудом перебираясь через рассыпающуюся груду кирпичей, и повернул к мотолыге. Его жуткое орудие оказалось совсем близко и отвесно рубануло бы транспортёру по капоту, но довершить поворот не позволил крепкий тополь: и громоздкой мотолыге, и роторному чудовищу было тесно среди деревьев. Чумоход отодвинул раму с ротором и включил двигатель шарнира, перемещая ротор из вертикального положения в горизонтальное. Расчёт был прост — снести тополь с дороги.

Мотолыга упёрлась кормой в другое дерево — дальше отступать было некуда.

Серёга сообразил, что ему конец: сейчас чумоход сменит положение клыкастого ротора и размолотит мотолыгу всмятку. Из десантного отсека через борта мячиками запрыгала бригада — все бежали прочь. Никто и не помышлял засадить в чумоход из базуки. Серёга заметался на своём месте. Бежать ему было западло — но подыхать здесь, что ли?.. И Серёга рванулся через борт, хлопнулся в траву на четвереньки и пулей кинулся в кусты.

А над развалинами гаража внезапно появился харвер Егора Лексеича.

Он шагал по следу чумохода. Задирая колени, он переступил через рухнувшую стену и с какой-то ловкой обезьяньей жадностью протянул к чумоходу свою длинную суставчатую руку. Растопыренный чокер с лязгом цапнул врага за двигательный отсек, легко, как бумагу, пробивая кожух. Могучая клешня сжалась, харвер напряг руку и, пыточно скрежеща железом, отодрал дизель с одного края — будто вырвал чумоходу сердце. Потрясённый чумоход застыл в параличе. Ротор вхолостую крутился в косой плоскости.

Серёга выглядывал из-за толстого ствола берёзы, как волчонок из логова.

Ротор крутился. Чумоход стоял неподвижно, истекая бризолом. Харвер возвышался над ним, словно поджидал, не оживёт ли жертва, и гудел мотором в ситаллическом корпусе. Открылась дверь кабины; задом наперёд, кряхтя, с харвера сполз на землю Егор Лексеич и направился к мотолыге.

— В общем, молодец, Серёженька, — усмехаясь, похвалил он. — Последним сдриснул. Уже немало.

Серёга еле отклеился от берёзы и тонким голосом спросил:

— А чё это за ёборобот такой, дядь Егор?

Егор Лексеич посмотрел на чумоход: в воздухе мелькали зубья ротора.

— Сплитчер, горная машина. Скалы режет или траншеи делает. Говорил же тебе — здесь строительная техника… И куда же наших бздунов разнесло?

Егор Лексеич приложил ладони ко рту рупором и заорал:

— Э-э-эй!.. Наро-о-од!..

Серёга недоверчиво пощупал ближайший куст — листья, ветки: настоящие ли? Ротор чумохода, исчерпав инерцию, наконец замер.

Егор Лексеич обошёл мотолыгу, выискивая повреждения.