Кстати, до этого было известие, что у гуннов случился жуткий мор, а потом их потеснили другие «скифы», пришедшие с востока. Кто были эти другие кочевники, не знаю. Возможно, авары.

Гейзериху не простили ни захват Рима, ни попытку посадить на престол своего родственника. Правители обеих частей Римской империи решили покончить с ним раз и навсегда. Ударили с трех сторон: восточно-римский флот под командованием Флавия Василиска, брата жены императора Льва Первого, пошел сразу на Карфаген; сухопутная армия под командованием Гераклия и Марса выдвинулась в нашу сторону из Египта; западно-римский флот под командованием Флавия Марцеллиана напал на Сицилию и Сардинию.

Сперва им сопутствовала удача. Базировавшийся в Сицилии и Сардинии флот вандалов был разбит римлянами. Сухопутная армия захватила Триполис и несколько населенных пунктов поменьше. Если точнее, они сдались без боя, как в свое время вандалам. Затем флот под командованием Флавия Василиска встал у Прекрасного мыса, ожидая подхода сухопутной армии под командованием Гераклия и Марса. Этот мыс находился километрах в шестидесяти от Карфагена. Раньше на нем был большой храм богу Меркурию, поэтому часто называют мысом Меркурия. Теперь от храма остались руины, которые крестьяне из ближних деревень потихоньку растаскивают на собственные нужды.

Я не особо напрягался по этому поводу, потому что помнил, что королевство вандалов будет захвачено при императоре Юстиниане Первом, который умер лет за десять до того, как окажусь в Херсоне шестого века. Об этом великом правители восточные римляне вспоминали с придыханием и долго перечисляли одержанные им победы, которых, действительно, было немало. Правда, я не помнил, захватывался ли Карфаген до падения королевства. Исходил из того, что падение столицы привел бы к гибели сравнительно маленького и несцементированного государства. Поэтому перевез в Карфаген Хильду с детьми, лошадей, коров и баранов, золотой запас и провиант из расчета на год осады. Мои жены наконец-то увидели друг друга. Первое время жили мирно, «принюхивались», а потом эмоционально наполнили свое бытие.

Я был у мастера по изготовлению стрел, лучшего в городе, с которым договаривался о новой партии из двух сотен. Кто его знает, как долго продлится осада, а в бою лишних стрел не бывает, их может только не хватать. Мы как раз обговаривали, каким должно быть оперение, когда приперлись пеший Радомир и конный алан. Первый показал второму, где меня найти.

— Гейзерих зовет тебя, — сказал алан.

Правитель вандалов на этот раз принимал в большой комнате, на стенах которой были фрески с танцующими голыми нимфами, сидел во главе длинного стола, накрытого бардовой скатертью.