Я же привыкла видеть Карима в образе бизнесмена: причёска — волос к волоску, модные брюки, рубашки. А в потёртых джинсах с дырой на колене, в промокшей от пота футболке и с покрасневшими от солнца щеками он другой. Может, пироги так на меня действуют или общая атмосфера, но вдруг так сильно хочется прижаться к нему и обнять. Без всякого сексуального подтекста даже, а просто потому, что он такой… милый и родной.

Кивнув, я подхожу к нему.

— Помочь?

— Я уже закончил. — С этими словами Карим спрыгивает на землю и, стерев со лба пот, указывает в сторону небольшого деревянного сооружения.

Если бы от умиления можно было лопнуть, мои внутренности уже украшали бы стены сарая, пахнущего травой и куриным помётом. Карим был прав: цыплята — это просто концентрированное ми-ми-ми.

— Какой он мягкий, — повизгиваю я, аккуратно придерживая тёплую тушку ладонями. — Прямо как брелок на ключи! И сердечко так колотится. Это потому, что он меня боится?"

"— У них у всех так колотится, — говорит Карим, с улыбкой наблюдая за мной. — Но боится, скорее всего, тоже.

Птенчика становится жалко, и под пристальным взглядом недовольной мамаши-курицы я выпускаю его к братьям и сёстрам.

— Значит, сюда ты заманивал ничего не подозревающих девочек, Исхаков? — Выпрямившись, я втыкаю кулаки в бока. — Колись, заглядывал им под юбки?

Вместо ответа Карим перехватывает моё запястье и тянет к себе. Я этого ждала, поэтому с готовностью обнимаю его шею.

— Фу-у! — шутливо морщу нос. — Ты мокрый и липкий!

— Главное, что не вонючий, — усмехается Карим, сплетая руки в замок на моей талии. — Ну и как тебе деревня, Вася?

— Классно, — совершенно искренне отвечаю я.

— Хочешь свой дом?

Этот вопрос почему-то повергает в смущение, как и то, что Карим внимательно на меня смотрит. Поэтому я предпочитаю куснуть его за подбородок, чтобы перевести разговор в шутку.

— Ну а как знать. Всё может быть.

Из Мингера мы уезжаем с огромными пакетами пирогов. Эльсина пыталась отказаться, дескать, нам не надо, но я вовремя её ногой лягнула. Если ей не нужно — я заберу и Таню угощу. А то она скоро заблеет на своей тушёной капусте.

— Ты сначала меня закинешь или Василину? — спрашивает Эльсина, когда мы въезжаем в город.

Я отворачиваюсь к окну, делая вид, что увлечена разглядыванием пыльных дорожных ограждений и происходящее меня не касается. Но не дай бог, Карим скажет, что высадит меня первой — сядет на месячный секс-детокс.

— Тебя, — отвечает Карим и с усмешкой косится в мою сторону. — Мне минимум три ходки нужно будет сделать, чтобы Васины пироги поднять.

Я показываю ему язык и довольно ёрзаю в кресле.