— Такой запах стоит обалденный.

— Это потому, что она из кедра, — поясняет Эльсина и, соскользнув с полога, плещет на камни новый ковшик воды.

В воздухе начинает шипеть и потрескивать, а в лицо ударяет густой, сладковато-копчёный пар. Я с наслаждением затягиваюсь им и, не рассчитав дозу, закашливаюсь. Горячо.

— Можно в предбаннике посидеть немного и потом снова сюда зайти, если тяжело.

— Нормально всё, — отвечаю я, не желая прослыть слабачкой. — Сидим дальше.

Эльсина снова опускается рядом, откупоривает минералку и передаёт мне. Я мотаю головой, типа я пас. Пас, потому что за столом лопала пироги в три горла и теперь боюсь, что меня даже от маленького глоточка воды разорвёт.

— А сколько Марс-абый с Фирузой-апой женаты?

Эльсина задумчиво сдвигает брови, вспоминая.

— Лет пятьдесят с чем-то. Помню, что мы круглую дату не так давно отмечали.

Я пробую на вкус грозную цифру «пятьдесят». Моя жизнь, умноженная на два, — столько времени два человека прожили вместе бок о бок. В чём их секрет? Не поверю, что не было случаев, когда они друг друга не бесили. Я сама себя бешу минимум раз в неделю, а чего уж говорить о ком-то третьем.

— Здорово, да? — переспрашивает Эльсина, так и не дождавшись моего ответа. — Сейчас такое постоянство — редкость. Я сама как подумаю, чтобы замуж выйти на всю жизнь, — не по себе становится.

— Сейчас с этим проще. Не понравилось — развёлся.

— Ну да. А ты за Карима замуж хочешь?

Мои щёки, нагретые паром, пунцовеют сильнее некуда. Вопрос застал меня врасплох.

— Мы же вроде ещё… В смысле только что… Пробуем, в общем…

Вот оно. Моё неповторимое красноречие, проявляющееся как никогда ярко, когда речь заходит о важных для меня вещах.

— Так хочешь или нет? — переспрашивает Эльсина и широко ухмыляется, в эту самую секунду выглядя женской копией Карима."

"— Если бы Карим предложил, я бы такую возможность рассмотрела, — уклончиво отвечаю я.

Про свадьбу с Каримом я, конечно, думала, но уже после того, как мы расстались. Тогда в машине я в сердцах крикнула, что никогда за него не выйду, хотя на деле так далеко и не заглядывала. В двадцать два на уме больше развлечения были. Это уже потом я стала задумываться: а как бы всёмогло произойти.

— Ты почему спрашиваешь? — С подозрением смотрю в блестящее от пара лицо подруги.

— Ага, — невозмутимо отвечает Эльсина. — Благословения у меня спрашивал.

Я даже ноги от волнения под полог поджимаю, думая, что Эльсина серьёзно говорит. И лишь через мгновение до меня доходит, что она шутит. Конечно, Карим бы к ней за разрешением не пошёл. Он же абый как никак.

Но ковшиком её разок огреть за такие шутки мысль, естественно, возникла.

После бани Фируза-апа усаживает нас пить чай, и снова с пирогами.