– Нет, не думаю, – задыхаясь, шепчет она, кидая на меня короткие взгляды.

– А о чем ты думаешь?

– Ни о чем, – распахивает она глаза.

Теперь я просто обязан знать. Я поворачиваю ее к себе, чтобы она не могла избежать моего взгляда.

Она шумно вздыхает – вроде весело, но немного раздраженно.

– Опять командуешь. Ну ладно, как скажешь. На прошлой неделе…

– Если что, мне ужасно неловко. Ладно. Неважно. Обычно мне приходится над собой попотеть, но на прошлой неделе у меня получилось очень быстро. – Внезапно она каменеет от ужаса. – Господи. Почему я тебе это рассказываю?

– Ты просто выполнила приказ, – говорю я, но мой голос звучит гулко, потому что голова у меня забита только мыслями о Пиппе, которая лежит через стенку и ласкает себя.

Черт! Какой же у меня сейчас стояк!

– Господи, – шепчет она, чувствуя пульсацию моего члена.

– Хватит вертеться, – выдавливаю я.

Она таращиться на меня.

– А ты перестань тыкать в меня своим небоскребом.

Я сипло смеюсь и закашливаюсь. Только Пиппа могла рассмешить меня в такой момент. Может, у меня уже плохо работает голова, потому что вся кровь прилила к члену.

– А что насчет тебя? – смотрит на меня Пиппа. – Говорят, ты ни с кем не встречаешься.

У меня перед глазами вспыхивает лицо Эрин – счастливое, улыбающееся, и меня вновь захлестывает чувство вины, совсем как тогда, когда я читал о ее окончательном уходе из модельного мира.

– У меня была девушка в девятнадцать лет.

Пиппа слушает, наклонив голову.

– Эрин. – Так странно произносить ее имя вслух. – Она была милой, но… – Я качаю головой, не зная, что сказать. – У меня слишком напряженный график, даже не в сезон, и моей маме требуется много внимания.

Пиппа кивает, и ее глаза полны теплого сопереживания. Я смотрю на нее и тут же понимаю, что она на самом деле единственная, кто знает весь расклад целиком.

– Меня хватает только на эти два дела.

Я заглядываю ей в глаза, и что-то у меня в груди обрывается. С ней слишком легко притворяться парой. С Эрин было совсем по-другому – мы с ней всегда скорее дружили, чем встречались, и эта мысль острой занозой заседает в моей душе. Я медленно поглаживаю рукой бока Пиппы, и ее веки наполовину опускаются, то ли от расслабления, то ли от возбуждения, то ли от того и другого одновременно.

Мой член снова обращает на себя внимание.

Я даю себе полную волю вести себя с Пиппой так, как мне хочется, и я не знаю, смогу ли остановиться, когда мы выйдем отсюда. Касаться ее – это просто чертова магия.

Стоящий за спиной Пиппы Зак пялится на нее, пока его друг что-то ему говорит.

Мой член рвется в бой, и у меня возникает идея. Я – злобное чудовище и пользуюсь Пиппой вместо того, чтобы помогать ей.