«Кто–нибудь слышит меня?!»

Воздух вокруг всколыхнулся, прянул сферической волной во все стороны, возбуждая множество шепоточков и вспышечек неслышимого пси–эха.

«Сам работай», – прилетел ворчливый ответ.

«Рома?» – отозвался кто–то удивлённо.

«Алтын?!» – удивился и Роман.

«Я в твоём распоряжении».

Роман не знал, где в настоящий момент находится Алтын – Ылтыын Юря, спасённый им месяц назад разведчик, но для мыслесвязи расстояния не играли существенной роли, а установленный контакт нёс главное – энергию , и Роман «опёрся» на этот поток, как на гранитную плиту. Его пси–выпад на сей раз пробил защитную «шапку–невидимку» пилота «геликоптера», которым несомненно являлся Арчибальд.

«Геликоптер», выбравшийся к порту и почти приблизившийся к спускаемому на воду при большом скоплении народа подводному ракетоносцу, вильнул, закружился на месте.

Роман ощутил всплеск удивления, затем – злобный высверк ледяных глаз и вопль ярости:

«Год демент! Кто посмел?!»

Роман раскалённой иглой пробил слой тумана, прикрывающий мыслесферу пилота, вонзил в глаза ему световые лучи.

«Дьявол! Ты посмел… мне!.. противостоять?!»

«Геликоптер» пошёл по кругу, шатаясь из стороны в сторону, облетел гидроузел с лодкой, вынесся над акваторией порта.

Его наконец–то заметили пилоты «Су–25», кружащих над портом, и один из них, не колеблясь, выпустил ракету.

Роман внезапно ослабел. Силы его кончились. Но всё–таки он успел поймать «хвост» ментальной передачи, посланной неизвестно кем неизвестно кому:

«Обнаружен… ухожу… задача не… ликвидирую причину лично…»

Затем донеслась ещё одна фраза:

«Мы ещё встретимся, господин русский экзор…»

И контакт с Арчибальдом окончательно прервался.

Дух Романа стремительно вернулся обратно, нырнул в тело как в темницу. Он уже не увидел, как ракета нашла «геликоптер» и разнесла его на кусочки со всей смертоносной начинкой.

Над ним склонился Вьюгин, какие–то люди, женщина в белом халате.

Сознание двоилось, плыло, ускользало, голоса людей отдалились, лишь один проник в уши и остался там:

– Мы, – пробормотал Роман, имея в виду себя и Ылтыына, и потерял сознание.

Окно было мутно–белым и мешало сосредоточиться.

Роман долго пытался разглядеть, что происходит за стеклом, пока не догадался, что идёт снег.

Он даже привстал на локтях, ловя глазами полёт снежинок, получил укол боли в плечо и упал обратно.

– Не может быть! Сколько же я пролежал здесь?

В палату вошёл мужчина в белом халате поверх куртки, проговорил хриплым голосом:

Роман сморгнул слёзы, протёр кулаком глаза.

Это был Афанасий. В руке он держал большой пакет с эмблемой Северодвинска, поставил пакет на тумбочку.

– Здесь фрукты, соки. Налить минералки?

– Не надо.