— Я никому не позволю тебя отнять у меня! Ты моя…

Мужчина без остановки что-то шептал. Он не замолкал ни на секунду, и его слова все сильнее проникали в кровь, заставляя сердце с бешеной скоростью колотиться о ребра. Медленно накатывала обреченность.

Мы неторопливым шагом удалялись от замка к высокому ограждению, оплетенному в нескольких местах виноградной лозой. Незатуманенная часть разума усиленно пыталась бороться, но ей не удавалось зацепиться за какие-нибудь, отрезвляющие воспоминания и она все сильнее вязла в сетях коварного паука. Когда я мысленно распрощалась с надеждой на спасение, на глаза попался флаг Тонли.

Такой же синий, как глаза у моего мужа… как две льдинки у Памира. Воспоминание о дознавателе, о его пронизывающем и замораживающем душу взгляде сняло пелену смирения, подобно холодному душу, смывающему остатки сна.

Я резко вырвала руку, подобрала длинные юбки до колен и бросилась прочь со всей мочи. Однако внезапно тысяча болезненных игл разом впились в голову — Росман догнал меня, схватил за косу и с силой дернул на себя, добавив при этом несколько крепких ругательств. Я громко закричала и рухнула на землю.

Очередная волна боли пронеслась по телу. Из глаз брызнули слезы.

— Ну что ты, дорогая, — мужчина снова заговорил приторно-сладким голосом, от которого на этот раз затошнило. Он небрежно схватил меня за локоть и вынудил подняться, а другой, свободной рукой намотал волосы на кулак, лишая возможности сбежать.

— Пустите! — я ни на секунду не оставляла попыток вырваться, вертела головой, невзирая на мучения, лишь бы не слушать Росмана, — боялась, что он снова одурманит разум. Мужчина, отбросив в сторону все церемонии, куда-то меня волок, не обращая внимания на мои сопротивления.

Глава 19

— Немедленно отпусти ее! — раздалось где-то недалеко от нас. Сейчас, как никогда, я была рада тому, кто сказал эти слова. Негодяй так резко развернулся, что мне едва удалось удержаться на ногах.

— Памир, — облегченно прошептала я, едва увидела дознавателя. Как же он вовремя!

— Это моя жена! — закричал мужчина, будто раненый зверь. — И я ее забираю!

— Неправда. Эта юная лира — супруга лэра Аарона Тонли, — Памир сохранял невозмутимое спокойствие.

— Нет-нет-нет… — казалось, Росман был не в себе.

— Я сам видел брачный договор и свидетельство. Как бы тебя это ни возмущало… или меня… следует смириться с текущим положением дел.

— Ошибаешься, ищейка. Твой папаша украл ее у меня.

— Каким это образом? — правая бровь Памира вопросительно изогнулась.

— Перекупил ее у жирдяя Хотдженса! Он мне первому пообещал девицу, мы и о цене договорились. Я даже задаток внес! Представь мое удивление, когда пришел через два дня оформить бумаги, а тот резко все переиграл. Денег ему, видите ли, мало показалось.