Когда вы смотрите за пределы «себя», вы больше не цепляетесь за счастье, а когда вы больше не цепляетесь за счастье, тогда вы сможете стать по-настоящему счастливым.

Верующая пожилая крестьянка из соседней провинции отправилась в паломничество в Ват Па Понг. Она сказала Аджану Чаа, что может остаться только на короткое время, так как ей нужно возвращаться домой, чтобы позаботиться о своих правнуках, и поскольку она была пожилой дамой, она попросила дать ей короткое наставление о Дхамме.

Он ответил с глубокой убеждённостью: «Послушайте! Здесь никого нет, только это. Нет владельца, нет никого, чтобы быть старым, чтобы быть молодым, быть хорошим или плохим, слабым или сильным. Только это, вот и всё; различные элементы природы играют сами с собой, всё пусто. Нет того, кто рождается, и нет того, кто умирает. Те, кто говорят о смерти, говорят на языке невежественных детей. В языке сердца, Дхаммы, такого понятия не существует.

Когда мы несём на себе бремя, это тяжело. Когда его некому носить – больше нет никаких проблем. Не ищите хорошего, плохого или чего-либо вообще. Не будьте чем-либо. Больше ничего, только это».

Дхамма не принадлежит никому, у неё нет владельца. Она возникает в мире, когда мир проявляется, и с тех пор находится в нём исключительно в качестве истины. Она всегда здесь, неподвижная, безграничная, для всех, кто её ищет. Она как вода под землёй – её находит тот, кто копает колодец. Но, независимо от того, копаете вы колодец или нет, она всегда здесь, лежит в основе всех вещей.

В наших поисках Дхаммы мы заходим слишком далеко, мы перенапрягаемся, не обращая внимания на суть. Дхамма не где-то там, чтобы быть добытой в долгом путешествии в место, которое видно только через телескоп. Она прямо здесь, рядом с нами, наша истинная сущность, наше истинное я – «не я». Когда мы видим эту сущность, то больше нет проблем, нет неприятностей. Хорошее и плохое, удовольствие и боль, свет и тьма, я и другие – это просто пустые феномены. Если мы приходим к пониманию этой сущности, то умираем для нашего старого ощущения себя и становимся по-настоящему свободными.

Мы практикуем для того, чтобы отказаться, а не для того, чтобы чего-то достичь. Но прежде чем мы сможем отказаться от ума и тела, мы должны понять их истинную природу. Тогда естественным образом возникнет отрешённость.

Ничто не является мною или моим, всё непостоянно. Но почему нельзя сказать, что Ниббана моя? Потому, что те, кто постиг Ниббану, не мыслят в категориях «я» или «моё». Если бы они это делали, они бы не смогли постичь Ниббану. Хотя они знают сладость мёда, они не думают: «Я пробую сладость мёда».

Путь Дхаммы – это продолжать двигаться вперёд. Но истинная Дхамма не идёт вперёд, не идёт назад и не стоит на месте.