Ты только иногда звони мне?

Файдар отключил телефон, посмотрел на Гафара:

– Не удивляйся, сын, сегодня твой отец будет пить спиртное.

Гафар пожал плечами:

– Это противоречит нашим традициям, но ты отец, не мне указывать.

– Правильно, – сказал Павар и кивнул Дугани. – Драга, неси. Что там у нас есть?

– Есть «Русская», есть «Столичная», есть «Особая».

– Давай «Русскую». И на закуску что-нибудь сделай.

– Тушенку с луком? – улыбнулся бывший сержант Советской армии. – Как в добрые, старые времена.

– Тушенку, лук, хлеб.

Дугани – Драгин обернулся быстро. Вскоре на скатерти стояла запотевшая бутылка водки, рядом стаканы, в двух банках говяжья тушенка, рядом зеленый лук, лепешка, нож, вилки, пепельница.

Он разлил по трем стаканам, Гафар не стал, сто граммов.

Бывшие советские военнослужащие подняли стаканы.

– За встречу, друзья!

Дугани разлил по второй, уже меньше. Сходил, принес еще две бутылки.

Выпили за то, что выжили, и за тех, кто остался навечно у брошенного кишлака Астар. Покончив с выпивкой и закуской, взялись за чай, который приготовил все тот же Дугани.

– Как тебе удалось выжить, капитан? – спросил Павар.

– Помню, пулеметные очереди сзади, затем затишье, я за валуном, смотрю в сторону Тахарака, вдруг опять очереди, взрывы. Повернулся к вам, а тут сверху ветер пыль бросил, засыпало глаза, рот, нос. У меня был автомат одного из погибших твоих, Бори, ребята, я уже приготовился стрелять, видел душманов на лошадях, но не успел. Кто-то оказался рядом. Сильная боль в голове и чернота. Очнулся в горах, в полевом лагере. Взял меня полевой командир Вазир Арезу. Решил устроить показательную казнь.

– Почему не устроил?

– Счастливая случайность.

Ты помнишь, я с ребятами летал в Тахарак за больным пацаненком?

– Так вот отец этого паренька Аран Ганар, что вместе с сыном находился в гарнизоне, оказался двоюродным братом Арезу. Он и попросил главаря банды оставить мне жизнь. Оставили, а потом, когда войска наши ушли, отвез в Тахарак, передал тому самому афганцу, отцу мальчишки, Арану Ганару. Работал в Тахараке, там мастерил безделушки, чинил старый утиль, велосипеды. А потом он познакомил меня с родственниками жены. У тех дочь на выданье. Я уже принял ислам и стал вместо капитана Фролова Вадидом Файдаром.

Девушка мне очень понравилась. Из семьи бедной, свадьбу сыграли скромную. Прошли годы, я немного заработал, этого хватило переехать в Кундар. Купил землю, построил дом, посадил сад, виноградник, овощи, фрукты. Жена оказалась мастерицей по ткацкому делу. Родился вот сын, – Файдар указал на Гафара, – его женил, у него своя жена, со мной живет, жена у него хорошая, внуку пять лет. Занялся более выгодным делом. Я говорил, что жена оказалась мастерицей ткачихой. Ее еще бабка учила ткать ковры.