Я просто подумала, что, может, нам оставить здесь Тима?

– С какой это стати? – возмутилась Джордж. – По-твоему, каждый раз, когда я буду уходить, я должна бросать его здесь одного? И не подумаю.

– Ну я же не говорю про всегда, а только на эти дни, – стала оправдываться Энн. – Ну да ладно, Дик прав. Вряд ли кто из чужаков намеренно придёт сюда. Джордж, подай, пожалуйста, скатерть, я её быстренько простирну.

Энн повесила скатерть сушиться на кустах, в лагере был наведён полный порядок. Мистер Лаффи окликнул ребят, чтобы попрощаться, и отправился на свою охоту.

Энн взяла одну корзину, а другую протянула Джулиану:

– Это для провианта. Ну что, пошли?

И ребята отправились на ферму: они шли средь высокой травы, задевая коленями медоносные цветы и распугивая пчёл-тружениц. Стояла ясная солнечная погода. Ребят переполняло чувство свободы и безмятежного счастья.

Наконец они добрались до небольшого хутора-фермы. Было видно, как в поле трудятся наёмные рабочие, правда, без особого рвения. Из небольшого сарая вышел фермерский мальчик и приветственно свистнул им.

– Здоро́во! Пришли за яйцами? Я вам уже отложил побольше.

Потом он удивлённо уставился на Энн:

– Привет, а тебя вчера с ними не было. Как тебя зовут?

– А меня Джок, – с улыбкой сказал мальчик.

Энн нашла мальчика очень симпатичным: светлые, соломенного цвета волосы, голубые глаза, румяное добродушное лицо.

– А где твоя мама? – поинтересовался Джулиан. – Мы хотели бы купить ещё хлеба и кое-каких продуктов. У нас вчера разгулялся аппетит, и сегодня мало что осталось.

– Мама в молочном домике. Взбивает масло. Если вы не спешите, я могу показать вам своих щенков пока.

И Джок провёл детей в сарай.

В углу стояла большая коробка, выстланная соломой, а в ней лежала колли и её пятеро щенят. Завидев Тима, колли предупреждающе зарычала, и Тим быстренько ретировался – он уже встречался с такими сумасшедшими мамашами и знал, что с ними лучше не связываться.

Пухленькие умильные щенки никого не оставили равнодушными, а одного Энн даже взяла на руки. Он свернулся калачиком в её объятиях, трогательно попискивая.

– Вот бы мне такого, – сказала девочка. – Я бы назвала его Калачик.

– Это же собака, а не игрушка, – презрительно фыркнула Джордж. – Ты, как всегда, глупишь, Энн. Дай мне его подержать. Джок, это твои щенки?

– Да, – гордо сказал мальчик. – Если их мама принадлежит мне, значит, и щенки мои. Колли зовут Бидди.

Услышав своё имя, собака навострила уши и ясными глазами вопросительно посмотрела на Джока. Мальчик успокаивающе погладил её по шелковистому загривку.

– Бидди уже четыре года, – пояснил Джок. – Когда мы жили на Совиной ферме, мне подарил её старик Берроуз. Бидди тогда было всего пару месяцев от роду.