Он предложил ей руку, и они направились к калитке.

Петра молилась, чтобы Робин никогда не встретился с Варци. Она нервно оглянулась на окна гостиницы:

– Если кто-нибудь увидит нас из окна, подумают, будто у нас тайное свидание.

– Конечно. Каким образом ранили Кокетку?

– Все из-за меня, – пылко ответила Петра. – Пауик, Фонтейн… Кокетка залаяла на Варци, и он ударил ее тростью.

– Неужели у тебя не хватило ума понять, что ты всего лишь украшение?

– Что? – задохнулась Петра.

– Она маленький боец. Она пыталась укусить другого. Того, кто меня охранял. Он так испугался, что мне удалось его ударить.

– Бриллианты на твой следующий ошейник, моя отважная бабочка, но, пожалуйста, не рискуй больше.

Петре показалось, что эти слова относятся и к ней. Еще одна обуза, которую нужно защищать, ласкать и терпеть, потому что Робин Бончерч – человек ответственный.

Он отпустил ее руку и открыл калитку. Они вошли во двор гостиницы, но тут Петра остановилась.

– Там солдаты, задают вопросы.

– Мы просто уважаемая пара, совершаем вечернюю прогулку.

Когда они проходили мимо, Петра слышала, как один из солдат спрашивал о женщине в зеленом с белой кошкой. Другой искал ее глазами. Робин пожелал им доброго вечера, добавив что-то о спокойной переправе. Солдат согласился и переключился на что-то другое.

Сердце Петры громко стучало, ноги были ватными, но она изо всех сил старалась играть свою роль. Когда Робин начал лениво болтать о путешествии и о том, как все будут рады видеть ее дома, Петра отвечала невпопад.

Она ожидала, что они вернутся в «Лисицу», но шум, суета и запах водорослей свидетельствовали о том, что они где-то около кораблей.

– Постарайтесь выглядеть совершенно непринужденно, – обратился к ней Робин с улыбкой. – Благодаря моим стараниям на любую женщину, которую силой ведут на корабль, будут обращать внимание.

Петра рассмеялась, как будто Робин сострил. Он привел ее на одномачтовый корабль, где мужчина с обветренным лицом и большим носом сказал:

– Вот и вы, монсеньор. Значит, не передумали?

– Я оказался замешан в одном происшествии, – ответил Робин.

– Тот человек, которому порезали яйца? Он ваш друг?

– Я вообще его не знаю. – Робин помог Петре подняться на корабль и в нечто вроде домика посередине и вошел следом за ней, закрыв дверь. – Вы должны оставаться внутри, не привлекая внимания.

Пространство было примерно восемь футов в длину и шесть в ширину, с широкими деревянными скамейками, накрытыми тонкой подстилкой. Петра подумала, что при необходимости на них можно спать. Робин и она будут спать здесь ночью? Маленькие окошки все еще не были закрыты и пропускали немного света, но не давали уединения. Это хорошо.

Робин стал раздеваться. Снял сюртук, жилет, галстук и перевязь.