Храни вас Бог, сэр. – Он снова коснулся головы и вышел. Вскоре послышался стук удалявшихся копыт.

– Я должна помочь с дойкой, – сказала миссис Гейнер. Ее муж уже ушел. – Вы можете заняться его ногой, мэм?

– Тогда я принесу вам тряпки, горячую воду и бальзам.

– Благодарю вас за вашу доброту, мэм, – сказал Робин с улыбкой. Женщина порозовела. Она была добропорядочной женой и матерью, но не осталась равнодушна к его шарму.

– Так я вам и поверила, – сказала она и поспешила прочь. Вскоре Петра получила таз горячей воды, чистые тряпки и горшок зеленого бальзама. Она вытащила драгоценную булавку, отложила ее в сторону и размотала окровавленные бинты, но тампон прилип.

– Проклятие! – вырвалось у Робина.

– Рана должна быть открытой, – сказала Петра, увидев, что кровотечение усилилось. Она опять прижала к ней тампон, и кровотечение замедлилось. – Теперь снимите бриджи, чтобы я могла как следует забинтовать ее.

Петра раздела Робина и снова уложила его на кровать. Потом она взяла большие ножницы, которые принесла миссис Гейнер.

– Ваши кальсоны пропитались кровью.

– Это может стать интересным.

– Я просто отрежу их с одной стороны.

– Я не против обнажиться ради такого случая.

– Ведите себя прилично.

– Это не в моих правилах. – Несмотря на то что Робин говорил в шутливом тоне, видно было, что он потрясен случившимся.

Петра сморгнула слезы и стала отрезать окровавленную часть кальсон, стараясь игнорировать то, как его идеально вылепленное тело золотилось в теплых утренних лучах солнца. Снаружи замычала корова, слышались резкие крики ворон, пели певчие птицы. Петра легко могла представить себе, как бросит ножницы и ляжет рядом с ним на кровать, свернувшись калачиком, чтобы наслаждаться деревенским покоем.

Кокетка вскочила на Робина. Собачка была не способна на суровый взгляд, но она попыталась.

– Ты бабочка мудрости? – пробормотала Петра. Робин повернулся:

– Ничего. – Она закончила обрезать его кальсоны и сосредоточилась на ране.

Шпага была острой, это хорошо. Длинный разрез оказался с чистыми краями, но Петра не могла сказать, насколько сильно задета мышца. Она начала осторожно очищать рану.

– Думаю, нам нужен доктор.

– Только не здесь. Нам нужно ехать дальше.

Госпожа Гейнер вернулась с подносом.

– Мы садимся завтракать, я принесла вам чай и яйца, сэр. – Она замерла на месте. – Боже мой, да вы красавец.

– Благодарю вас, – сказал Робин, смеясь. – Вы тоже красавица, но к тому же еще и добрая, миссис Гейнер.

– Да ну вас, – сказала она, ставя поднос рядом с ним на кровать.

– Не будете ли вы так добры, мэм, послать весточку моему другу?

– Тому, что в Стаутинге?

– Верно. В гостиницу «Черный лебедь».